Чужой мир - мои правила

Чего он перед моим идолом деревянным кланяться да молится будет, когда вот он я сам, живой да грозный. — Махнул рукой бог.

— И я спущусь. — Поведу дочку Перва, там больше некому. — Не смогу спокойно сверху на них смотреть. — Даждьбог улыбнулся.

— Чего это некому? — Поднял глаза Лель. — Там сам князь вызвался, девку под венец вести.

— Тогда Анисью поведу. — Упрямо надул губы Даждьбог. — Не старайся, не отговоришь.

— И не собирался. — Фыркнул бог любви. — Тем более я, и сам буду на свадьбе играть.

— А я светить буду.

— Вышла из воздуха Инглия. — Теплым лучиком ласкать. Благодати много не бывает.

— Вот так свадьба будет! — Вновь рассмеялся Перун. — Боги вперемешку со смертными, хмельного напьются. — Он повернулся к Морене. — А ты с нами, али как?

— С вами. — Вздохнула черная богиня. — Как я свадьбу сына пропущу. Тяжко, конечно, мне придется, смотреть, как он из бога в человека падет, да что уж тут сделаешь. Видать судьба такая. С любовью спорить да бороться бесполезно, она все одно одолеет.

— Не переживай.

— Улыбнулся Перун. — Он еще помирать не собирается. Время есть. Придумаем что-нибудь.

— Думал ты уже. — Буркнула Морена. — Такое напридумывал, что едва меня сына не лишил.

— Ошибся. — Нахмурился громовержец. — Сознаю. Но сколько уже можно винить? Да и ошибка моя к свадьбе да счастью внука привела. Так что не вина то, а благодать.

— И к потере бессмертия. — Вздохнула богиня. — Порадовалась бы, да выть хочется.

— Хватит! — Рявкнул Даждьбог. — Сколько можно? Что ты его все хоронишь? С таким настроением у себя в нави покойников встречать будешь.

Мы на свадьбу собираемся, а не на похороны. Ты или улыбайся, или не смей с нами лететь. Не порти торжество видом непотребным.

— Не ори на меня! — Вскинулась богиня. — Я сыну венчание не испорчу, не глупее тебя, но и говорить меня лжу не невольте. То мое право.

— Никто твоего права не отберет. — Нахмурился Перун. — Только такой-то, смурной, идти нельзя. Там все веселиться будут. Не гоже это...

— Сказала же, что все будет хорошо. Не против я Славки.

Она девка хорошая, добрая, да верная, хорошей женой будет, да только мне душу рвет потерянное бессмертие. Ничего с собой поделать не могу. — Вздохнула Морена.

— Не переживай дочка. Все наладится. Найдем выход, время есть. — Перун подошел к богине, и обнял. — Верь. Мы будем Рода молить. Он подскажет как поступить, и ему наша Славушка по сердцу пришлась.

Лель заиграл грустную мелодию, таской наполнив правь.

— Ты еще тут слезы развел!— Рявкнул на него Перун.