Магическая практика. Пройти и (не) влюбиться

Но с каким лицом он это сделал! Будто в очередной раз напоминал, какая я неумеха!

Все же я проворчала слова благодарности.

Перевела взгляд на туши.

— Пропадет ведь, пока мы ходим!

— Я сейчас сотворю сухого льда. И привяжу заклинание хоть…

Он посмотрел на кинжал в своей руке.

— Да, вот хоть на этот кинжал. Железо долго держит магию, до вечера провисит.

— Если только из леса не вернутся волки и не сожрут добычу, — хмуро сказала я и тут же улыбнулась: — Знаю! Установлю «Пугало».

Нас учили этому простенькому заклинанию еще на первом курсе.

Уголок рта Леона скользнул вверх.

— Хм, пожалуй, может сработать.

— Готова поспорить, ты про него и не вспомнил, — горделиво вскинула я подбородок.

— Всего лишь дал тебе возможность доказать мастерство, малютка Ардженте. Кто у нас тут боевой маг и начальник?

Темный взгляд похолодел. Не вспомнил он! Не вспомнил, потому и разозлился!

Я хотела было выговорить за «малютку», но сдержалась и на этот раз.

Отправилась разыскивать подходящую палочку. Магия потихоньку возвращалась. Может, хватит зарядить даже не одну. Воткну их в землю рядом с тушами — они среагируют на движение, если волки сунутся. Пугало — это всего лишь фантом, зато зубастый, клыкастый, стремный до жути и невероятно вонючий. Он развеется через несколько секунд, но волкам хватит.

Наконец мы выдвинулись в обратный путь. Было непривычно идти плечом к плечу с несносным Фальконте.

Но я рано удивлялась — Леон все испортил. Впрочем, как всегда.

— И чего тебя понесло за этим кардисовым зайцем? — выругался он, поскользнувшись на влажной от росы траве.

Мы оба не выспались и успели устать, разделывая туши. Любая мелочь могла вывести из себя.

— Чтобы съесть этого кардисова зайца, — прошипела я. Скопившееся за утро раздражение на этого лощеного хлыща, которому жизнь все приносила на золотом блюде, требовало выхода.

— Поприключаться захотелось? — повысил голос Леон, отмахиваясь от комаров, почувствовавших запах крови. — Заняться больше нечем? Не нравится, как твоя хозяйка готовит, — договорись столоваться у моей. Медяшка в день и…

— Не все рождаются с серебряной ложечкой в заднице, Леон! — взорвалась я. — Тебе трудно это вообразить, но уж постарайся: у меня нет денег!

Внизу, у склона холма, уже можно было разглядеть крыши домов.