Последняя ведьма. Ручной монстр

Возможно, я в самом деле схожу с ума, но если нет, то пришло время для того самого меча.

***

Когда инквизиторская машина затормозила у поместья Мункаслов, я целую минуту сидела на месте и не решалась выйти. Гаспар просто смотрел в ночную темноту и ничего не говорил.

Я с той пощечиной будто разом оборвала невидимые нити, протянувшиеся между нами. Надо было бы радоваться этому, но почему-то не получалось. Почему же у меня вечно все идет наперекосяк? Будто Мег Мункасл просто не выпилена для нормальной жизни.

- Идем, - я открыла дверь и решительно вылезла наружу, с головой окунаясь в ночную темноту и холод. Затем взмахнула руками и призвала рой магических светлячков, разлетевшийся по сторонам.

Они расселись по кустам и травинкам, высвечивая окружающий пейзаж, и я уверенно свернула к тропинке, ведущей за кованную ограду. За ней пряталось кладбище Мункаслов, место, куда туристам соваться не стоило.

Я обогнула все бело-красные ленты и угрожающие таблички, затем сорвала гвоздодером замок на воротах и отправилась внутрь.

Магией было бы быстрее и проще, но она мне еще понадобится. Гаспар все это время шел сзади, не издавая ни звука, я же спряталась за музыкой из плеера, отгораживая себя от ночных шорохов. И еще с ней наше молчание не выглядело таким неловким.

По сторонам я не глазела, не хотела отвлекаться и предаваться воспоминаниям. И о чем тут думать? О погибших в давней схватке? О том, что здесь похоронена вся моя семья? Тетки, сестры, мама… Как бы ни старалась, я все равно зацепилась взглядом за ее могилу и едва сдержалась, чтобы не остановиться и не упасть на колени рядом с надгробием.

Святой Иртас свидетель, она не была образцовой материю, но дети глупы, они всегда любят своих родителей. Это прошито в них, как необходимость двигаться и дышать. Потому что если ты не привязан к взрослому, то не выживешь. И я тоже была привязана к своей ненормальной семейке.

Поэтому я поскорее пробежала то место и остановилась у могилы Морти. Такое же стандартное надгробие, как и у всех жертв монстра и сухая табличка, извещавшая, что он погиб на двадцать пятом году жизни.

- Ну как дела, братишка? – шепотом спросила я. – Ты бы удивился, как я вымахала и поумнела.

Затем зачерпнула побольше магии и ударила ей по земле. Та комьями полетела в противоположную сторону, засыпая проход между могилами, пока не показалась крышка гроба.

- Если ты решила поднять братца в виде зомби, то это плохая идея, - впервые заговорил Гаспар.