Долг феникса. Академия ХИЛТ

Некогда мне! Вот вообще! Ни И завтраки больше не готовила, вообще забыла, когда находилась на кухне дольше двадцати минут. Да и в уборке меня тоже не задействовали…

Все я понимала, и зачем меня изматывают, и для чего это все делается. Особенно сегодня, когда предстояла первая ночь в компании лорда Лейнарда. Но понять не значит принять.

И планка, которую задрали преподаватели, слишком высока для нулевика.

Впрочем, когда проходил гнев, разум вспоминал, что ритуал будет страшнее и там меня никто не пожалеет.

И появлялась здоровая злость. И на мир, и на богиню с ее гребанными заданиями. Лишить бы ее божественной силы да запулить на Землю в деревенскую глубинку с предложением за три часа стать миллионершей, не сдохнуть и не утратить невинность. С удовольствием поглядела бы на это реалити-шоу.

— Марина, ты спать сюда пришла? — снова рыкнул архмастер Дормио. — По-твоему, я колыбельные тебе пою? Вставай!

Да епт ж еклмн!

Легко сказать, трудно сделать! Сил физических практически не осталось, да и удар был мама не горюй.

Но магия во мне все еще щедро плескалась, да и не только во мне, Феликс вторил моим мыслям, у него тоже резерв не ополовинился. А наша сегодняшняя задача — свести резерв на ноль. Вот почему архмастер отдельно меня гоняет, а с остальными занимается наш куратор.

Почему это необходимо? Да потому, что любой сосуд лучше заполнять, когда он пуст, а не заполнен доверху. Тем более когда речь касается чужой энергии и ее усвоения. Черт бы все это побрал. Вот выживу, ритуал проведу и, когда настанет час снятия драной метки, все выскажу богине.

Вообще все, что о ней думаю.

— Марина, давай, — подбадривал Феликс, — потом будет массаж от леди Руданы.

— О-о, —это мне нравилось, — даю!

А кому бы не понравилось? Женщина не была живодером, я не орала от боли, лежа на кушетке, а искренне кайфовала от ее манипуляций. Правда, недолго, только пока лежала. А когда наставала пора идти домой, я превращалась в тряпку, которая еле доползала до общежития.

Но польза от вмешательства леди Руданы была: утром я не страдала, а вполне бодренько шла на занятия, причем не с мыслью, что мы все умрем.

Почему все? Да потому что я окрепну, наберусь сил и поубиваю тех, кто радостно улыбался, и тех, кто нещадно меня гонял.

Конечно, активной меня тоже было не назвать. Я лишний раз не высовывалась, не участвовала в коллективных сборищах, иными словами, не отсвечивала. Как и Аэлья, которая вдруг стала вести себя совершенно иначе.