Замуж по завещанию

Однако молчать долго тоже нельзя. Пока “Джулиана” недоумевала, не понимая, почему они не примут предложение Марка, “Юлия Петровна” деловым тоном осведомилась:

— То есть работать я не буду?

— Работать? — блондин нахмурился, по его лицу прошла судорога, на мгновение превращая улыбку в оскал. — Зачем будущей леди Десмонд работать? Вы же не синий чулок, как ваша тетушка. Ох, прошу прощения. Леди Бронсон была сильной дамой во всех отношениях. Но вы, Джулиана, вы же нежный цветок! Дом старый, но стоит приличных денег, они пополнят ваше приданое и пойдут на развитие земель, которые когда-нибудь унаследуют наши дети.

В голове Юлии-Джулианы промелькнули заброшенные сады, дурно вспаханные поля и унылые деревеньки. Похоже, жених возил ее в поместье. Только не одну, а вместе с энергичной седовласой дамой. Это была леди Бронсон.

— Ну зачем вам эта школа? — продолжал Марк, переходя на ласковый тон. — Все равно ученицы разъехались, и дохода нет. Никто из столичных семей не доверит вам воспитание девушек!

Юля чуть стойку не сделала, услышав волшебное слово.

— Школа? — почти шепотом уточнила она, глядя больше на служанку, чем на жениха. — Какая школа?

Тот, поморщившись, бросил:

— Та, что располагалась в этом особняке. Но вы не сможете ею управлять. Вы слишком юны и прекрасны, чтобы похоронить себя в этих стенах!

Десмонд пренебрежительно махнул рукой на стены, обтянутые зеленым штофом, а Юля отметила, что ткань на стенах дорогая. Настолько дорогая, что жилет лорда несколько проигрывает этой обивке.

Нет, он тоже шелковый и зеленый, но… цвет побледнее, а ткань без золотого шитья и менее гладкая.

Тут ее взгляд упал на собственный подол — а ведь она в черном! Интересно, сколько здесь носят траур? Вряд ли меньше полугода. Как бы то ни было, у нее есть хороший повод отложить все важные решения и самой разобраться в ситуации. По крайней мере выяснить окончательно: сон это или не сон.

— Милорд, — голос дрогнул, и это хорошо, не стоит выглядеть сильной. Очень уж подозрительно настойчив и заботлив этот красавец.

— У меня траур. Я скорблю по тетушке и не могу сейчас принимать такие важные решения. К тому же у меня все еще болит голова! Агнешка, где мой кофе?

Служанка засуетилась возле кофейного сервиза, а Юлия-Джулиана откинулась в кресле и прикрыла глаза, имитируя полную потерю сил.

***

У каждого хорошего педагога есть навык — наблюдать за детьми периферийным зрением. И вот под это самое зрение попал блондинистый лорд.