Хюльдра и судья

Даже нечеловеческим существам не под силу даровать облегчение – только полное забвение.

Виндлит шагала по улочке залитой солнцем. Смерть мужчины ей категорически не нравилась. А еще не нравилось то, что судя по следу на теле мертвеца, Орманг встречался с погибшим. Насколько бы Виндлит не любила брата, но все-таки понимала – для человека встретить Орманга отнюдь не хорошая примета.

Поскольку брат все еще находился в городе, хюльдра решила его навестить. Перемещаться пришлось обычным для людей способом - с помощью своих ног.

После неудачного открытия портала в присутствии судьи, она больше не желала рисковать. Кстати, неплохо было бы попросить Орманга об одной услуге…

Виндлит воспользовалась внутренним зрением, чтобы отыскать Орманга: братец забрался на окраину города. Хюльдра вздохнула и направилась в ту часть города, где еще не бывала. Не то чтобы она боялась устать при ходьбе, ей ничего не стоило преодолеть большое расстояние за короткое время, но не хотелось привлекать к себе лишнее внимание – бегущая со скоростью ветра девушка непременно его привлечет, тем более в разгар дня, когда на улицах полно людей.

Вскоре город закончился, а нить все еще продолжала тянуться, уходя за ближний перелесок. Хюльдра оглянулась, прошла через поле, скрылась за деревьями и побежала. Через короткий промежуток времени она взбежала на покрытый лесом холм и с вершины увидела деревню раскинувшуюся у его подножия. Чутье по-прежнему вело ее - брат был там.

Она шла мимо серых каменных оград, защищающих посевы от скота. Орманга Виндлит заметила издалека. Он стоял у одного из домов, зачем-то воспользовавшись чарами отводящими взгляд. Немного подумав, хюльдра тоже накинула «дымку» и подошла к брату, который не оглянулся при ее приближении. Виндлит не обманывалась – он давно обнаружил ее присутствие.

Когда хюльдра остановилась в нескольких шагах от Орманга, тот произнес:

- Разве это создание может быть человеком?

Хюльдра проследила за взглядом брата.

Он смотрел на девушку, сидящую во дворе небольшого каменного дома на грубом табурете перед незаконченным покрывалом. Юная прелестница тихо напевала простую народную мелодию. Рыжие волосы волнами спускались ниже плеч, лицо казалось одухотворенным и чистым. Яркие зеленые глаза довольно блестели. Она буквально колдовала над полотном которое создавала. Светилась солнечным светом.