Лови ведьму!

— Говоря откровенно, я не особо религиозный человек. Есть единый бог и единая богиня, которые создали этот мир и храм которым стоит на главной площади Дареса. И есть бог хаоса и богиня ночи, которые правят миром мертвых. И вот им поклоняться как бы не очень рекомендуют.

— Точнее, совсем не рекомендуют, — поправил меня Мор. — Потому как платить придется кровью и смертями невинных. Но, моя дорогая Тесса, своим преданным слугам эти боги дают столько власти и силы, что тебе и не снилось.

— То есть, ты хочешь сказать, что Тереза заключила договор с богиней ночи ради власти? — Я скептически фыркнула.

— А как она стала ею? — вкрадчиво поинтересовался Шейн.

Блондин сидел, расслабленно откинувшись на спинку кресла. Но я видела, как уголки его рта то и дело раздраженно дергались вниз, как будто этот разговор по каким-то причинам был ему очень и очень неприятен.

— Да откуда же мне знать! — В порыве чувств я не выдержала и шарахнула кулаком по подлокотнику.

Право слово, надоело! Какое мне дело до Терезы Гремгольд? Если Мор и Шейн действительно считают, что она каким-то образом связана с культом богини ночи — то пусть идут в магнадзор со своими догадками! А то ишь, придумали, — убить я ее должна. Ага. Намного скорее она меня в кровавый порошок сотрет. И будет, между прочим, права, потому что самозащиту еще никто не отменял.

Шейн и Мор, видимо, опять совершенно бестактным образом подслушали мои мысли. Эта парочка переглянулась.

— Ты не веришь нам, — скорее, утвердительно, чем вопросительно проговорил он. — Что же, это вполне понятно. Тогда позволь мне показать, как именно Тереза стала хозяйкой гримуара.

— Показать?

Но мое удивленное восклицание осталось без ответа. Шерстка Мора вспыхнула ярче. И одновременно с этим в комнате ощутимо потемнело. В углах гостиной зашептались тени, свиваясь в единое целое. С замиранием сердца я наблюдала за тем, как бесшумно и стремительно волна мрака приподнимается над моей головой.

Нет, это не было больно или неприятно. Только очень и очень странно. Мое сознание словно раздвоилась. С одной стороны, я понимала, что по-прежнему сижу в гостиной напротив Шейна и Мора. Но с другой — я вдруг очутилась в теле хранителя. И видела перед собой совсем другую комнату.

В зеркале отражалась незнакомая мне женщина.