Перевёрнутый остров

Когда оно обернулось и увидело Лала, то как будто успокоилось. Это была высокая женщина с длинными волосами-ветвями, однотонной кожей цвета сочной июльской травы и сияющими глазами-изумрудами. Большую часть её стройного гибкого тела покрывала кора, а ноги заканчивались корнями. В волосах, стелившихся по полу, волнами распускались и закрывались яркие цветы и листья. Прекрасное лицо женщины казалось задумчивым.

— Кто ты? — спросил Лал.

— А вы подумайте, Учитель, может, догадаетесь, — прошуршало существо.

— Ты дух, — уверенно заявил змей, следя за каждым движением женщины.

— Но откуда же я? — медленно, растягивая слова, шуршало существо.

— Дия будет жить? — неожиданно громко спросил Учитель.

— Как вы можете? — всё так же тихо и певуче спросила женщина, слегка приподняв тонкие дуги бровей. Она не моргала и всё смотрела в глаза огненному змею. — Мы же всю жизнь с ней были вместе.

После этой фразы Лал быстро и шумно втянул воздух. В его голову ворвался рой мыслей, принёсший ответы на большинство вопросов.

Тонкие губы существа изогнулись в лёгкой улыбке, и оно двинулось вперёд, обрастая цветами и пищащими грибами и покрывая молодыми деревьями и кустами коридор. Змей отступил назад, и в этот момент женщина исчезла, оставив на полу лишь несколько лепестков. Лал бегом бросился наружу, но заметил лишь тонкую тускло-зелёную нить, тянущуюся к небу, которая быстро исчезла.

— Ну, что? — спросил Вильгельм.

— Вскоре всё должно стать лучше, — после недолгого молчания медленно ответил Учитель.

Теперь ему было что сказать великим умам Змеиного Королевства.

— Хранитель уже знает, что я вернулся не один, а когда солнце встанет, к вам будет приковано много внимания, — напомнил и себе и Лалу Страж, забирая мешки.

Они вместе с лиреями полетели во дворец, облетая город и храм, к которому вела длинная мраморная лестница — продолжение главной улицы.

— Как мы раньше этого не заметили? Всё было очевидно, — бормотал змей.

Дух, образовавшийся из колоссального количества энергии в теле Дии, постоянно пытался выбраться наружу, что сопровождалось всплесками и породило каналы в виде вспыхивающих узоров.

Применение магии вызывало боль, так как дух не хотел отдавать энергию, в равной степени принадлежавшую ему и волшебнице. Появление дерева в Миллетвиале потребовало высвобождения огромного количества магии, что открыло проход во внешнюю среду, которым вскоре воспользовался дух.