Перевёрнутый остров

Гарфт раскрыл толстую рукописную книгу собственных разработок, начал читать заклинание, и красные буквы цепями и кольцами стали вырываться из неё, опутывая и обездвиживая волшебников, которые сразу же засыпали. Антимаг с чёрным посохом успел установить вокруг себя барьер. Мужчина вынул меч и бросился на волшебника, пытаясь отрубить руку с книгой. Гарфт оказался у него за спиной, но этот барьер был достаточно прочным даже для него. Быстрые проворные движения антимага не давали волшебнику времени на телепортацию за пределы здания и приходилось избегать лезвия: жуком кружить по комнате или двигаться подобно листу.

Так продолжалось около часа.

— Ты не сможешь уклоняться вечно! — сказал антимаг, пытаясь разрубить книгу и таким образом освободить коллег.

Мужчина расширил и уплотнил барьер, оттеснив Гарфта от двери. Вдруг антимаг отменил своё заклинание, стараясь заставить чародея действовать и в этот момент схватить его. Великий волшебник длительно посмотрел в решительные глаза мужчины, легко взмахнул рукой и медленно произнёс:

— Угомонись и спи, дитя тревог, утешься.

Лицо антимага стало безмятежным, он вложил меч в ножны, лёг на пол и уснул с мирной улыбкой. Грубая магия усыпления, использованная на других волшебниках, не могла сравниться с древним навыком глубокого энергетического взаимодействия, которое полностью подчиняло сознание. Неподготовленный человек не мог противостоять ему. Гарфт посчитал этого антимага достойным противником, поэтому выбрал этот необычный способ завершения боя.

После длительного сокрытия своих сил чародей чувствовал даже нечто непривычное, однако поспешил вновь ограничить количество поглощаемой энергии, чтобы не быть обнаруженным на магической карте. Великий волшебник повернулся к остальным магам и, покачав головой, саркастически заметил:

— Что-то вы плохо подготовились.

Затем он переместился к племяннику, который уже успел купить необходимые детали и вернулся на прежнее место.

— Я думаю, все волшебники, преследовавшие нас, были там, поэтому теперь ты можешь возвращаться на корабль, — устало сказал волшебник.

— Но ты ведь говорил, что меня могут схватить, — недоумённо возразил Джеральд.

— Скажешь им, что произошло недоразумение. Тебя допросили и отпустили. Наша фамилия Ремис. Все Ханафоресы погибли в страшном пожаре восемнадцать лет назад, — сказал Гарфт и отдал племяннику бумагу для командира волшебников и капитана «Марлина», где объяснялась сложившаяся ситуация.