Перевёрнутый остров

В него полетело несколько зарядов ближнего боя, но парень вовремя увернулся и крикнул по-кетагански:

— Прекратите! Я свой!

В этот момент с другой стороны послышалось:

— Силён, как тысяча демонов!

Развернувшись в сторону крика, Джеральд увидел, что в гуще сражения человек в чёрном держит рыдающую Нурию и задаёт ей вопросы. Чем страшнее был враг, тем сильнее становилась воля к победе. Кровь ударила Джеду в голову, он бросился туда и попытался отрубить мужчине руку, однако тот мгновенно отпустил девочку и молнией направился на другой конец поля.

Командир Рюдигер приказал магам телепортироваться за ним, что они немедленно исполнили, однако из-за антимагической вражеской атаки смогли переместиться лишь те, кто находился в пределах видимости. Через несколько мгновений среди грома сражения послышались тысячи щелчков и над столицей и Синасом ослепительно вспыхнул белый барьер — антимагические артефакты были активированы. Полупрозрачный белый купол, непроницаемый для чародеев, разделил кетаганцев.

В это время «Пауки» начали быстро надвигаться на оказавшихся под барьером магов, помощь которым уже не могли оказать. Рюдигер приказал телепортироваться в отдалённый лес. Джед наконец смог узнать у командира, что случилось.

Они уже нагнали машины и атаковали их, пытаясь вернуть артефакты, однако здесь их ждала засада, которую разведка не смогла обнаружить. Не оставалось другого выбора, кроме как принять сражение, победить в котором не было шанса. Рюдигер смог спасти двадцать человек и пытался поднять их дух после потери товарищей.

Волшебников скрывала магия иллюзий, и они нуждались в передышке и возможности восполнить запас сил. До прихода армии оставалось ещё несколько дней. За это время ортеинцы обнаружат и уничтожат врага. Командир видел выход в том, чтобы любым способом ослабить барьер, проникнуть через него наружу и отступить навстречу армии.

Артефакты в основании антимагического купола, очевидно, скрывала магия, однако опытный специалист мог легко обнаружить аномалии в окружающем магическом поле, поэтому было решено обезвредить максимально большое число артефактов до того, как волшебники-иллюзаторы достигнут своего предела.

Чезарио не знал, как препятствовать этому. Он не выполнил приказ о телепортации, но в суматохе этого никто не заметил, поэтому шпиону приходилось продолжать играть свою роль. Парень ненавидел Джеральда, единственного среди кетаганцев, кто мог беспрепятственно преодолеть барьер.