Четвертый дракон Амели

И почему-то сразу подумал о тебе.

Амели вспомнила ту сцену в зеркальной пещере, когда он шантажировал их с Валери, и снова рассердилась.

– Какой же ты мерзавец! Ты уже тогда мог бы сказать мне правду!

– Какую правду? – возразил он. – Я не знал, зачем отец позвал меня домой. И понятия не имел, как ты сама связана с Анагорией.

– Допустим, – кивнула она. – Но когда мы добрались до дворца, где уже был герцог Ламанский, и ты узнал всю правду, что помешало тебе рассказать эту правду мне? Ты хоть понимаешь, что я просыпалась ночами в холодном поту от страха за нас с тобой и за Вероник? Я в каждом видела врага, а ты молчал, хотя и знал, что легко можешь прочитать «Подлинную историю Анагории».

Да если бы я знала, что ты – дракон, я сумела бы уговорить Грету отдать нам книгу.

– Прости, Эм! Тут я, действительно, виноват. Но я думал, так будет проще – расследовать это дело, будучи неприметным секретарем. На этом настаивал и отец, который боялся за мою безопасность. Он опасался, что на принца Армэля будет совершено покушение.

Я знаю, ты подозревала и его в убийстве короля Роланда. Но мы-то с ним знали, что он не виноват. А настоящий преступник мог быть во дворце, среди гостей. И вычислить его, наблюдая со стороны, было проще.

– Но как же твой брат? Разве он не рисковал, играя твою роль?

– Да, рисковал. Но поначалу отец вовсе не хотел показывать придворным никакого принца, но на это пришлось пойти, когда начался отбор. О том, что я приехал в Анагорию, я сообщил отцу отнюдь не сразу. Может быть, если бы я сделал это в первый же день после приезда, Мирэлю не пришлось бы притворяться.

Наверно, ты заметила – мой брат скромен и чурается общества. Для него эта игра была пыткой.

– Хорошо, я признаю, что у тебя могли быть причины, чтобы скрывать от других свое настоящее имя. Но зачем ты скрывал его от меня? Мне ты тоже не доверял?

Он смутился.

– Извини. Я видел, что не безразличен тебе, и всего лишь хотел посмотреть, не променяешь ли ты бедного журналиста на настоящего принца.

Она стукнула его по державшей поводья руке.

– Я ненавижу тебя!

Он виновато улыбнулся.

– В свое оправдание могу лишь сказать, что при первой же встрече с отцом я настоял, чтобы стражники и маги были предупреждены, что ты – особая гостья. Они не должны были мешать тебе в поисках принцессы, как не должны были причинять вред Грете и ее возлюбленному. Если бы мы нашли книгу чуть раньше, правда открылась бы уже давно, и Элинор смогли бы обезвредить.

– Она могла убить тебя! – прошептала Амели.