Четвертый дракон Амели

Машина остановилась на заднем дворе кафе.

– Ты держишь письмо у себя в комнате?

– Нет, в кабинете, в сейфе. Но, может быть, ты хочешь сначала выпить чаю? Сколько часов ты была в дороге?

Но от чая она отказалась. Они прошли в кабинет, и Валери закрыла дверь на ключ изнутри.

Письмо было по-прежнему завернуто в ткань. Амели протянула руку, но тут же отдернула ее, заметив на шелке кровь.

Кровь была и на самой бумаге. Амели сломала сургучную печать, осторожно развернула лист.

«Ваше Высочество! Анагория в опасности! Просим Вас прибыть в зеркальный зал так быстро, как только сможете!» – гласило послание.

– Оно подписано герцогом де Тюренном. Но почему не королем и не Вирджинией? И почему они не написали подробнее?

Мадемуазель Легран тоже заглянула в письмо.

– Возможно, его величеству по статусу не полагается подписывать такие бумаги. А подробнее не стали писать потому, что боялись, что послание попадет в руки врагов. Ох, Эм, даже не знаю, что сказать.

Амели сидела на стуле – бледная и застывшая как статуя.

– Не понимаю, Вэл, чем я могу им помочь? Возможно, гонец должен был лично рассказать мне об этом.

Валери кивнула – да, наверно, так оно и было.

– Скажи, Вэл, а торговцы из Анагории по-прежнему бывают в Эстене? Может быть, нам стоит расспросить их?

Но мадемуазель Легран покачала головой:

– Нет, их давно уже не было. Это вполне объяснимо. Анагория получила назад свою территорию на равнине. Они вышли из пещер и наладили торговлю с соседями. Необходимость покупать что-то в нашем мире отпала.

Ах, Эм, неужели ты всерьез думаешь снова туда отправиться?

Она затруднилась с ответом. Свой долг по отношению к Анагории она выполнила еще во время прошлого путешествия. Она готова была выйти замуж за короля-дракона, но этого, к ее радости, не потребовалось. Им нужны ее магические способности? Но по сравнению с анагорийскими магами она – лишь неумелый дилетант. Если они не могут справиться с опасностью, то вряд ли ее приезд сильно улучшит ситуацию.

С другой стороны, как всякий человек, почувствовавший вкус необыкновенных приключений, она подсознательно хотела ощутить его снова.

Учеба в академии живописи, выставки, в которых она участвовала, и даже домик на побережье моря не могли вызвать и малой части тех эмоций, которые она испытала в Анагории.

8. Назад, в Анагорию!

В Эстене даже овощи были другими. Помидоры пахли настоящими помидорами, а петрушка – петрушкой. В больших городах такого не найдешь – там все пропитывается запахами машин и заводов.