Девушка с наузой

За чаем Алёна коротко рассказала о появлении в квартире Кудренцовых скандальной Марьямны и её великовозрастного сыночка.

Как ни странно, даже бабуля покачала головой.

— Надо же... Марьямна до сих пор не угомонится.

— Ты тоже её знаешь? — удивилась Алёна.

— Как не знать. Когда Чёрный Андрей нас вербовал (а мы ещё не знали, что он ищет единоличной власти среди городских колдунов), столкнулись с ней пару раз в его доме. Страшная женщина. Никаких рамок, тормозов... Никаких границ не признаёт.

— А чем она страшна?

— Вот всем этим — что твоя бабуля перечислила, — ответил дед.

— Непредсказуемостью. Колдовские силы у неё... как бы сказать точнее... неравномерные. То вспыхнут салютом, то — едва тлеют. Она всё на сына надеялась. Брата упрекала, что он не хочет Василием заниматься, хотя тот, по её мнению, не то чтобы перспективный, а вообще гений. Но Андрей своих внуков растил и учил. Распыляться не хотел, да и... конкуренция — она ж тоже не хотела под его руку, как и мы все. .. Правда, из-за иного. Вот и ненавидела она его. Тем более на дела брат её не брал. Такие деньги мимо неё утекали...

— А почему не брал?

— Как сказала бабуля, тормозов у неё нет. Ни в наших делах — с колдовством связанных, ни в общении с людьми.

Машинально взглянув на кухонные часы, висевшие под большим календарём слева от окна, Алёна заморгала ошалевшими глазами. С трудом отстранилась от сути беседы и попыталась вникнуть в сиюминутное, в будничное. И ахнула:

— Я побежала!

Выскочила из кухни, расслышав за спиной озабоченное бабулино: «Ба-атюшки! Не опоздала бы!»

А девушка уже металась в собственной комнате, то выдирая из-под возмущённого Котея кофточку, на которой тот успел развалиться («Ага! Для тебя положила, да?!»), то хватая сумочку и лихорадочно размышляя: «Приедет Станислав за мной? Нет? Если приедет — не опоздаю! Но вчера мы не условились, заберёт ли он меня на работу! А если нет?! Ну и фиг с ним!» А сама помрачнела: обидно будет.

.. Бросила последний взгляд на книжную полку, где лежала деревянная шкатулка с серебром, и помчалась дальше.

Из квартиры выбежала, на ходу застёгивая пуговицы плаща, а ближе к первому этажу — обматывая шею тонким шерстяным палантином, прихваченным с вешалки.

Из подъезда по дорожке к остановке бросилась так, что нога поехала на кучке подгнивших опавших листьев — чуть не упала. Только и сумела руками замахать, восстанавливая равновесие.