Пепел и Звон

Вреда от такого трюкачества нет, «зайчики» не позволят к себе прикоснуться. Сотканные из света пламени, они всегда будут быстрее ребят, а в темноте вовсе рассеются.

Мистик заставил стайку «зайчиков» побежать вглубь острова. Дети с радостными криками бросились вслед за ними, щенок еле поспевал на своих коротеньких лапках. Асарт перебросил посох в другую руку и неспешно продолжил свой путь.

Каким-то неведомым образом за те несколько минут, что он добирался до жилой части Острова, отношение к нему претерпело перемены.

Дети, увлеченные невероятной игрой, что создал для них гость, поделились своими восторгами со взрослыми. Малыши находились еще не в том возрасте, чтобы Дань памяти была им понятна до конца и чтобы они могли сегодня скорбеть вместе со своим кланом. Они отвлеклись на веселье, и в том как будто проявилась суть жизни. За это грифоны уже не провожали пристальными взглядами мистика, как-то было буквально час или два назад, когда он шел к Подземелью. Огненную магию человека грифоны признали не опасной, а светлой. Духи очень хорошо чувствовали энергии, и от силы мистика веяло теплотой, хотя скрытой мощи тоже ощущалось предостаточно.

К Асарту вернулся второй шакал, ничего нового своему хозяину он не передал. До этого мистик направил его прямиком в священную рощу грифонов, которой они так дорожили и путь в которую для человека оставался закрыт. В представлении грифонов враг не посмел бы осквернить ни рощу, ни алтари. Асарт же привык не предполагать, а проверять, поэтому шакал там все излазил.

Речь ведь никогда не велась о том, что туда нельзя сотканным из магии зверям, поэтому мистик позволил себе хитрость.

Почти у каждого клана есть место или земля, символизирующие объект поклонения. Роща грифонов зовется священной землей не для красивого слова. В ней заложена немалая часть силы клана. Раз за разом, год за годом, они отдают ей частичку себя. Асарт попытался вспомнить нечто подобное, связанное с фениксами. На ум ничего так и не пришло. Единственное, что подсказывала память, — фениксы во многом отступают от традиций, присущих таким, как у грифонов, кланам.

Фениксы живут в каком-то человеческом городе. Больше ничего мистик не помнил. Можно будет Эйзалур при случае спросить.

«Все-таки, что за имя такое необычное? Скачущее какое-то».

Маг шел по улицам, разглядывая сложенные из добротного камня дома. Их яркие крыши вторили безмятежному небу. Все хозяйственные постройки духи предпочли спрятать с глаз, не желая портить внешний облик улиц.