Лёд и пламя

Спать мне не хотелось, поэтому я разглядывал квадратик света на потолке и тёмные корявые тени веток за окном, колыхающиеся от дуновения ветра. Неожиданно оконный проём загородила фигура в балахоне, и квадрат света на потолке исчез полностью. Я резко поднялся и повернулся к окну. С упоением голодного вурдалака на жальнике мужик в балахоне дёргал за оконную раму. Было ясно, что он вовсе не грабитель, да и балахон у него подозрительно походил на монаший. Оставаться и уточнять, зачем он пожаловал к нам, да ещё и через окно, у меня желания не было.

Поэтому я мгновенно, схватил свою сумку, натянул сапоги и толкнул северянку.

— Отстань, извращенец, — буркнула она, переворачиваясь на другой бок. Но я не унимался и собирал её вещи.

— Ну, чего тебе, — хмуро поинтересовалась Асхильд, усаживаясь на постель, но увидев в оконном проёме мужика, мгновенно проснулась и протрезвела. Я толкнул её к выходу:

— Он нас не видит, уходим по-тихому.

Северянка не сопротивлялась, лишь схватила остатки своих вещей и сапоги, закинула меч в ножнах за спину и выскользнула из комнаты.

Я немного задержался, сооружая из подушек и одеял подобие спящих тел на постели.

В коридоре было тихо и темно. Поэтому, как только я покинул комнату, влетел в северянку, которая стояла прямо за дверью:

— Ты чего тут встала?! — громким шёпотом заорал я.

— Я ничего не вижу, — оправдывалась девушка, сразу же хватаясь за мой локоть.

— А меня, значит, видишь, — продолжал возмущаться я, перехватывая руку северянки.

— Нет. Случайно вышло.

Пререкаться дальше не было ни смысла, ни, тем паче, времени. Поэтому мы, стараясь как можно тише, на цыпочках направились к выходу. Старые половицы пару раз предательски скрипнули, но никто из постояльцев не заинтересовался сим звуком, и мы благополучно выбрались в холл. Дверь была заперта на задвижку. Я выпустил руку северянки и, стараясь создавать как можно меньше звуков, отодвинул её, распахнув дверь. Свежий ночной воздух мгновенно выстудил протопленное за день очагом помещение.

Звёзды ярко осветили прямоугольник дверного проёма. Велев оставаться северянке снаружи, я сбегал в конюшню за лошадьми. Моё зрение позволяло оседлать их, не зажигая лучины. Я вывел коней и махнул северянке. Мы вскочили на лошадей и в последний момент северянка спохватилась:

— А как же твой меч?!

— Дракон с ним! — отмахнулся я, и пришпорил коня. Северянке ничего не оставалось, кроме как последовать моему примеру.