Лёд и пламя

А ты благородно мне даже мстить за это не собираешься! Пока что ты единственная такая.

— Могу исправиться, раз ты так желаешь.

— Нет-нет! Оставайся лучше единственной не мстящей. А то по мою душу и так слишком много желающих.

Северянка повеселела совсем.

— Так что там с этим Яхеном? Зачем он так сдался вашей братии?

— Он угрожал вождю, а когда не получил ответа, убил несколько наших стражей, до кого успел добраться, и сбежал.

— Так он из ваших?! — изумился я.

— Нет, он был на службе у другого вождя, который давно уже в плохих отношениях с моим отцом.

— И теперь это уже как месть за убитых?

— В том числе, хотя обычно за это мы не мстим. Ибо настоящий воин должен умереть в бою, а не в койке. Но то что, сделал с ними Янок, не оставило равнодушными даже волхвов.

— Тогда почему же на такое ответственное задание отправили тебя, неопытную и юную. Да ещё и в другую страну. Ветра в поле искать.

— Потому что я — дочь вождя и должна доказать своему роду и будущим подчинённым, что их королева не просто красивая и умная, но и за себя и за народ с мечом наперевес постоять может.

И в другой стране не растеряется и выполнит задание.

— То есть от того выполнишь ты это задание или нет, можно сказать зависит не только твоя судьба, но и судьба главы вашего государства?

— Да. Ибо мой позор ляжет в первую очередь на отца, а потом на братьев, сестёр и ближайшую родню, а если волхвы озлобятся, то вообще на весь мой род.

— Так, что могут и за тобой такой же эскорт выслать, как за Яноком?

— Специально может и нет, но если будет возможность, то всё может быть.

А вот мой род подвергнут изгнанию так же, как и меня. За возвращение изгнанников у нас смерть. На костре. Живьём.

В моём мозгу мгновенно вырисовалась жуткая картинка, сожжения северянки. Как она в простой рубашке, стоит на помосте, привязанная верёвками к столбу, ветер растрепал её длинные распущенные волосы, а огонь уже подобрался к босым ногам. Но на этом моё безумное воображение не остановилось и поставило меня главным поджигателем, подле помоста девушки.

Я тряхнул головой, стряхивая с себя дурацкое наважденье, вновь вернувшись в реальность.

— Так что ты намерена делать? Я так пониманию, задание проваливать ты вовсе не собираешься?

— Конечно, нет! — воскликнула девушка, вскакивая на ноги от волнения. Но тут же понурила голову и села на одеяла.

— Но я не знаю, смогу ли я.

— Сможешь, сможешь! — уверил я девушку.

— Мне никто не должен помогать! — тут же вспыхнула она, снова порываясь вскочить на ноги.