Лёд и пламя

Увидев за порогом колдуна, он резко сменил грозное выражение лица на благолепное и распахнул дверь во всю ширь.

— Господин колдун! — тут же залебезил, как я поняла, голова деревни. — А мы уж думали, совсем нас упырь треклятый со свету сживёт, кой вы из городу до нас доберётесь.

Но Бес поспешил разуверить обрадовавшегося было селянина в скором освобождении от неизвестной напасти.

— А я не тот колдун, — нахально заявил Бес, опираясь ладонью в дверной косяк. Мужик поначалу даже растерялся от такой наглости, но быстро взял себя в руки, видать, не просто так звание головы получил, затараторил вновь:

— А может вы вместо него нам подмогнёте? — заискивающе заглядывая в глаза, осведомился он.

— И не подумаю, — для пущей убедительности Бес отрицательно покачал головой, скрестив руки на груди. Наконец селянину надоело пререкаться через порог с упрямым колдуном и он, грозно насупив брови и вперив мгновенно налившиеся кровью глаза Бесу в лицо, рявкнул:

— Ну, и проваливай отсель, коль такой немощный!

В довершение слов голова ещё хотел что есть силы хлопнуть дверью перед носом колдуна — непомерного героизма поступок.

Но Бес небрежным взмахом руки в сторону закрывающейся двери заставил её распахнуться настежь попутно сметая голову к противоположной стене.

— Ты прежде чем ругаться и со своими проблемами к незнакомцам лезть, луче бы поинтересовался, кто такие и зачем пожаловали, — усмехаясь сообщил колдун, проходя в дом через освободившийся проход. Я осталась с лошадьми и дальнейшего разговора не слышала, но когда через пару минут на пороге снова возник Бес с довольной улыбкой, я поняла, переговоры прошли удачно.

Колдун помог мне определить лошадей в конюшне, а заодно решил почистить своего коня. Поглядев на это дело и на свою ставшую серой, с чёрными подтёками, некогда белую лошадку, я тоже взялась за скребок.

— Что ты ему сказал? — не утерпела я, поинтересовавшись как бы между делом. Но колдун сразу раскусил моё любопытство, сообщив мне об этом лукавым прищуром, но всё же ответил:

— Просто попросился на постой, за плату.

— Но почему же тогда отказался помочь с нежитью? Разве это не твоя работа?

— Моя. Но за эту они уже заплатили другому колдуну, а выполнять его работу за бесплатно я не намерен.

Больше спрашивать я не стала, а он и не говорил. Хотя вновь пытался шутить на тему моей загрустившей мордашки и способов её увеселения. Я привычно отмалчивалась, и Бес вскоре отстал, но не надолго.

Разместили нас в доме старосты.