С любовью, ведьма

— Я пожалуюсь на превышение служебных полномочий, — флегматично отозвался Алексей, а ложка неприятно царапнула по дну тарелки.

— Кому? — И, не дав подчинённому время на столь же остроумный ответ, Верьев серьёзно добавил: — Заканчивай с этой мутью, дело вырисовывается сложное.

— А у нас не все такие? — с весёлым изумлением поинтересовался Морозов.

— Тебе, скорее всего, придётся блокировать зверя.

— Да ты ох… — Алексей проглотил окончание возгласа, привлекая внимание немногочисленных посетителей. Даже влюблённая парочка отвлеклась от воркования.

Правда, все тут же предпочли сделать вид, что ничего не слышали, возобновляя беседу.

— Ты пошутил? — тише переспросил некоторое время спустя Алексей, страстно надеясь на положительный ответ.

— Хотелось бы, Лёш. Хотелось бы. — Допив кофе, Игнат опёрся руками о край стола и, наклонившись к другу, добавил: — Жду тебя завтра с самого утра в офисе.

Капитан стремительно покинул зал, оставив на столе несколько медных кругляшей. Алексей продолжал смотреть на место, где ещё совсем недавно сидел Верьев.

Слова о блокировке оглушали почище дубины, опустившейся на голову. Для оборотня нет ничего хуже, чем потерять способность чувствовать свою вторую ипостась. Это сродни тому, как лишиться рук или ног. И, кажется, ему предстояло добровольно согласиться на такое.

«Да что у них случилось, раз нужно идти на такие жертвы?» — подумал Алексей, чувствуя, как хмель быстро покидает голову.

Пить совершенно расхотелось, а вот догнать Игната и вытрясти из него всё сию же минуту — очень!

«Кстати, а почему я, а не Лёня? — рассуждал он, пока ждал официанта со счётом.

— Верьев решил показать, что есть кое-что пострашнее предательства невесты? Ну… Это ему удалось. Мы ещё не начали, а я уже в ужасе от перспектив».

Бросив прощальный взгляд в сторону двери, отделяющей этот зал от бара, Морозов встал из-за стола и еле заметно пошатнулся. Тело всё ещё отказывалось повиноваться, пусть голова и избавилась от пьянящего дурмана. Оказавшись на улице, он вдохнул вечерний воздух и поморщился от смешения ароматов.

Откуда-то явственно тянуло помойкой. Кислые ноты гниющей еды, казалось, способны отбить нюх почище порошка из чёрного перца Жильцовой. А ведь для носа оборотня не было ничего страшнее этой дряни, способной лишить обоняния в лучшем случае на неделю.

Вдруг в крови вспыхнул азарт. И пусть перспектива блокировки всё так же коробила, захотелось поскорее окунуться в расследование нового дела.