Танцующая с грозой

А вот местное население таких восторгов не разделяло, от слова совсем. И всеми возможными способами старалось прервать восхождение к совершенству.

Беспрерывной чередой на пути научно-магического прогресса вставали вояки всех мастей. Устав восстанавливать библиотеки и лаборатории после очередного разгрома и пожарища, предки Алиены решили подумать и о безопасности. Кто додумался пустить слух, что пламя начисто уничтожает магию, неизвестно. Но следовали этому совету неукоснительно, лишь добавляя работы скорбящим родственникам очередного не признанного современниками гения.

Поэтому на немногочисленном семейном совете было принято решение считать старый храм богини Гроз семейной собственностью и вообще родовым гнездом.

Храм располагался на горном перевале, что делил этот мир на четыре части.

Весь восток континента принадлежал нагам, запад подмяли под себя оборотни, здесь их было аж три вида - волки, медведи и "кошки разные". Вспомнилось из беззаботного детства "ой, всей той нечисти у нас вупыр, вомпер и щось таке зубасто".

Югом владели ночные эльфы, сколько фэнтези перечитала, а о таких не слышала.

Все три государства признавали территории, прилегающие к горам на три дня пути, нейтральными и использовали для культовых и религиозных мероприятий. Главным из которых, был ритуал выбора, но о нем позднее.

А вот север был необитаемым. Местные верили, что за перевалом уже земли мёртвых, земли бесконечных Гроз. Сами горы были труднопроходимыми, что давало новому дому рода Лангран естественную, природную защиту.

Но и члены семьи использовали на максимум свои знания и возможности.

Невзгоды, преследовавшие род, в основном в лице любителей причинять справедливость по найму, прекратились. Но с все возрастающим могуществом Лангранов возрастала и семейная паранойя.

Каждое поколение все добавляло и добавляло улучшений в защиту замка. Крепость воистину стала неприступна.

Отец Алиены, кто ее мать и куда она делась, не знала и сама Алиена, последние годы жизни трудился над чем-то, превосходящим все ранее созданное.

Он, правда, не рассчитывал, что эти годы для него последние, но на это очень рассчитывал его воспитанник.

Бывший раб, приобретенный в числе многих для испытаний и оставленный в качестве живой игрушки для дочери, проявил склонность к наукам и смог втереться в доверие, став для некроманта и помощником, и секретарем, и даже собеседником. Для Алиены же первой и последней любовью.