Разыскивается чудовище

Что тут у нас?

На пластине появилось сообщения о зачислении зарплаты за работу в клубе и поимку призрака. И целая россыпь пропущенных звонков. Десять штук с номера Алена, одного из владельцев «Трех котов». И пять с незнакомого номера — наверняка реклама!

А вот десять от Алена это что-то новенькое! Не похоже на него. Может, мою следующую смену перенесли? Но тогда бы позвонил один из барменов.

Нажав кнопку видеосвязи, я уставилась на пластину. Пару минут на ее поверхности висело фото Алена: русые волосы, слегка раскосые глаза, строгий костюм-тройка.

Ал выглядел респектабельно. Ему всего двадцать, но совладельцу «Котов» обычно давали больше.

Кем был второй владелец, никто не знал. Поговаривали, что это престарелый бизнесмен, решивший тайно поддержать молодежь, и что именно он сдерживал коллегу-обалдуя, не давая сломать общий бизнес.

Честно говоря, слово «обалдуй» Алу категорически не подходило.

Вечно в бумагах или куда-то едущий, грозный начальник. Он учился на врача и, вроде бы, даже был тем, за кем охотники за кадрами начинают следить еще до окончания института, но диплом так и не получил.

По какой причине, не говорил. И про свою семью тоже. За полтора месяца работы я ни разу не видела никого из его родни.

Забавно, но именно Ален приволок меня в клуб в качестве ценного помощника бармена. Я шла с очередного проваленного собеседования: слово «студентка» отпугивало работодателей не хуже святой воды. А у меня осталось всего пара центов. Я как раз размышляла, куда бы их потратить с пользой для организма и случайно натолкнулась на бизнесмена в ворохе бумаг.

Как потом говорил Ал, его сразила наповал моя угрюмая физиономия, и он решил меня расспросить. И, узнав о проблеме, трудоустроить.

Фотография Алена исчезла с экрана. Вместо него, появилась круглощекая рыжебородая физиономия с черными глазами без белков. Лепрекон, один из барменов, помахал мне пухлой рукой. Я улыбнулась в ответ.

— А почему ты с пластины Ала?

— Да мою оборотень сожрал. Закуски ему мало показалось, закусил ею. — Лепрекон дернул за зеленый ремень подтяжек, надетых поверх полосатой рубашки, и радостно сообщил кому-то:

— Спит она! Дрыхнет как медведка!

Он повернул камеру, так что стало видно барную стойку.

На стуле сидел Ал, в своей идеальной в любое время дня и ночи тройке, и изучал бумаги. Он искоса глянул на меня, кивнул и опять уткнулся в листы.

Бармен повернул экран к себе, улыбнулся и помахал мне:

— Пока, рыжик!

— Стой!

Вряд ли бы Ален дал наладонник бармену просто так.