Золушка по-нашему

Померла его Ругинда от горячки, когда сыну пять лет исполнилось. И тут же оженила его на себе дочка тайного советника Килия. Даром, что вдова с ребенком. Теперь она своего сынка Бубона пытается на трон посадить, а Фаранта задвинуть куда подальше. Так эти сыночки сейчас между собой такую войну из-за престола устроят. Поубивали бы они уже друг друга, всем легче было бы.

- Злая ты, крестная, - улыбнулась Анна. - И что за имена - «Килия», «Бубон», тьфу-тьфу-тьфу такими быть. Один Бубон чего стоит, прям «бубонная чума».

А отец то мой чего?

-Не злая я, а справедливая. От них никакого добра королевству, одни неприятности да раздоры, - нахмурилась Фестия. - А отец твой не стал воевать со своим дядей и его сыночком, сказал, что он без всякого «королевства» счастлив со своей любимой, просто вместе с Огелией уехали сначалавсвой домик в городе, где ты родилась. Когда тебе два годика исполнилось, в свой лес перебрались, где жили душа в душу, никого и ничего не видя вокруг. Так и стоит его домикв городе пустой, осиротевшей.

Хожу туда иногда, пыль вытираю. Эх, любилитвои родители друг друга очень сильно. А ведь мог стать королем, а Огелия королевой. Но им ничего не надо было, не стал связываться с этими подлецами. Ведь он самый сильный маг-природник в королевстве. А этот Гендрик, мало того, что магии у него с фигу, так и пользоваться ею не умеет толком. А у его сынка так вообще ни шиша нет. Ох, чуть не ругнулась, - ворчала крестная.

- Ого! - воскликнула Анна. - Это что же, получается, что я принцесса?

- Получается, - печально ответила крестная, хмуря брови.

- Но этот упертый Шарель даже ничего не хочет слышать, чтобы вернуться в замок и занять свое достойное место. Ну хоть не королем, но вторым человеком в королевстве. Хоть титул разрешил себе оставить. Князь Шарель Руманик.

- А знаешь, крестная, я его понимаю, - задумчиво проговорила Анна. - У нас дома в лесу так хорошо и спокойно, что я ни за что не променяю на эту дворцовую суету, где все друг другу змея и заклятая подлюка.

- И ты туда же, - расстроилась Фестия.

- А мы и живем в достатке. Мы есть друг у друга, это самое главное.

- Это понятно, но время-то идет. Ты замуж соберешься и оставишь отца одного?

- Пока об этом рано говорить. Мне всего семнадцать лет, раньше двадцати и не планирую.

-Да ты что?! - Замахала руками Фестия. - В двадцать! Да кто же посмотрит на тебя в двадцать, уже старухой будешь! - Разошлась не на шутку Фестия. - После восемнадцати никто и не посмотрит на тебя.