Обсидиановый огонь

Если бы у меня был какой-то план, я бы не пришла. Не настолько я дура.

— Конечно, в планах ты ас, — с насмешкой бросил Бранд, намекая на подставу в Пустоши.

Лелана покраснела и отвела взгляд. Магистр Речного источника сел в кресло.

— Так ты мне поверил? — осторожно спросила Лела, отдирая свою спину от стены.

— Допустим, — уклончиво ответил мужчина. — И чем же я заслужил такого высокого гостя? Или, может, соскучилась? Я лучше, чем та половина Озер, что побывала в твоей постели?

Девушка опешила от таких откровенно-оскорбительных слов.

Будто обухом по голове. А Бранд, продолжая ухмыляться, добавил:

— Я тебя обидел? Приуменьшил твои заслуги? Вторая половина тоже уже удостоилась чести быть оцененной магистром замка?

— Я не давала повода меня оскорблять, — сквозь зубы ответила Лела, а в груди кольнуло от обиды.

И это мужчина, которому она хотела отдать свою невинность? Хотя сама виновата. Нечего было вести себя так. Понятно, почему он ее в девушки легкого поведения записал, пусть и печально.

Страсть-то между ними обоюдная и казалась такой правильной и уместной.

Бранд не отреагировал на её справедливое возмущение. Старательно выговаривая каждое слово спросил.

— Что тебе нужно от меня?! — и отвел взгляд, лишь бы не смотреть и не видеть ее.

— Ты объявил мне войну, — дрожащим голосом ответила Лела.

— И что? — мужчина хмыкнул. — Я что непонятно выразился? Повторить?!

— Я пришла просить, — она замялась, — временного перемирия.

— Зачем?! — спросил Бранд, глядя уже с интересом, хотя руки не отпустили подлокотники кресла.

Лелана тянула с ответом, пытаясь на ходу сплести правдоподобную историю. Чувствовала себя неуютно. Бранд не предложил ей присесть, поэтому стояла перед ним как на допросе и нервно заламывала руки. Вся заготовленная речь вылетела из головы.

— Вы не можете перевооружиться, — выпалила она аргумент, который следовало озвучить последним или вообще молчать по этому поводу.

Несколько тактов Бранд молча её изучал, брови изумленно взлетели вверх.

Лелана поняла, что он просто ошарашен ее наглостью. Ждала, что ее выставят за дверь, но Бранд вдруг рассмеялся.

Лелана удивленно смотрела на него и только хлопала длинными ресницами, не понимая причины веселья.

— Нахалка, — фыркнул Бранд, успокаиваясь. — Это же надо! Уволокла мою руду и алмазную пыль, и заявилась, требуя перемирия и нагло намекая, что мой домен плохо вооружен. Это жест великодушия со стороны Озер, так что ли? — сквозь смех спросил он.