Обсидиановый огонь

— Мне кажется, что ты переоцениваешь нашего противника, — на удивление спокойно ответил Бранд, наверное, действительно устал злиться. — Они слабы.

— Давай просто дадим им это перемирие. Не вешай меня ответственность за сотни жизней, прошу тебя. Я свихнусь от чувства вины. В конце концов, девчонка права. Меня ранили в убежище. За грехи одного не должен отвечать весь домен. Тем более его заклеймили уже, я чувствую. Ты же создал орден хранителей. Не нарушай свои же законы. Кто напакостил, тот и отвечает. Помнишь? В убежище нет вассалов и сюзеренов, все равны.

Разве не такая идея была? Парень не был тогда неформальным магистром замка, он просто идиот, который подписал себе смертный приговор. Себе, но не домену.

Сирил всё это время не сводил взгляда с лица Бранда, молясь, чтобы его слова имели хоть какой-то эффект. Бранд насупился и разглядывал вино на дне своего кубка.

— Бранд, — вздохнул лорд.

— Да дам я им это перемирие, — огрызнулся магистр. — Ты прав, как всегда, а я погорячился.

Сирил улыбнулся и отсалютовал другу кубком.

***

— Ты всю ночь не спала, — с упреком заметила Ольге унылой правительнице замка, заглянув в покои подруги.

— Немного вздремнула на рассвете. Голова уже совсем не соображает. Хоть убей, даже не представляю, как из этого выпутаться, — уныло ответила Лелана.

Магистр замка сидела за столом, опустив голову на сложенные руки.

— Завтра Вилор явится на малый совет и с чем я его встречу? — вздохнула она. — С еще одним объявлением войны? Да он тут же меня и придушит.

Может, попробовать договориться с Долиной Водопадов?

Лела допивала уже пятую за ночь дозу тонизирующего настоя, но глаза все равно упрямо закрывались и гудело в голове.

— Не получится, — недовольно ответила Ольге. — Магистр Геронт на мировую не идет.

Девушки задумались над выходом из сложной ситуации, в которой оказались, но решения не было.

Лелана получила взбучку от подруги за поведение в Речном. А когда Лела попыталась возразить, что Ольге ей сама посоветовала соглашаться на все требования Бранда, подруга призналась, что даже и представить не могла такой поворот событий.

Лелана сама понимала, что поступила глупо и не прошла проверку. Но кто же знал…

— Надо сдаваться Вилору, — убито пробормотала Лелана. — Может он что придумает.

— Не спеши, — прервала ее Ольге. — Я сама пойду в Речной. И, думаю, смогу тебе выбить перемирие, — она скосила глаза на меч, по-прежнему лежащий на столе, завернутый в бархатную ткань.