Обсидиановый огонь

Знакомец, лицо которого не прекращало посещать сны.

Девушка застонала от такого дурацкого поворота. Заочно враги! И плевать, что хочется, чтобы его губы опять заставили гореть тело в огне.

— Кто, к Карающему… — фыркнул Бранд и слова будто застряли в горле.

На лице мужчины появилась ласковая улыбка. Видимо, не понял, кто посетил его и рад видеть несостоявшуюся любовницу. Сделал два шага навстречу, но Лела предостерегающе вытянула руки в останавливающем жесте, от слабости облокотившись о дверь.

Бранд удивленно поднял бровь, но остановился.

— Что случилось, сладкая, на тебе лица нет? — помурлыкал он. — Тебя кто-то обидел? Только скажи, — его тон угрожающе поднялся.

Лела покачала головой и прошептала:

— Почему ты? Почему именно ты?

— Что-что? — переспросил Бранд, непонимающе всматриваясь в её лицо.

— Ты правда магистр Речного? — недоверчиво спросила она.

— Как видишь, — весело ответил Бранд. — И я очень рад, что ты решилась ко мне прийти, сладкая. Очень приятная неожиданность.

От его мурлыкающего тона по телу в который раз пробежали мурашки. Лелана истерически хмыкнула. Да он же уверен, что она прекрасно знала, с кем собиралась развлечься на Озере Мрака. В принципе он-то и не скрывал кольца, только разве Лелана смотрела на его руки. Вот дура-то. Как еще можно было себя назвать. А он, видимо, тоже не разглядывал символы власти. Ведь не знает же, с кем имеет дело.

— Сомневаюсь, что ты будешь рад, когда узнаешь кто я, — в горле пересохло, поэтому голос вдруг стал хриплым, невольно спрятала руку с кольцом за спину, желая оттянуть разоблачение.

— И кто же ты? — лениво протянул Бранд, его глаза прищурились в довольной усмешке.

Всезнающий! Что сейчас будет!

— Я магистр замка, — призналась Лелана.

— Это не страш… Что?! — пламя в его глазах вспыхнуло пожарищем.

Губы сложились в оскал, Лелана вжалась в стену, надеясь, что он не убьет сразу. Но Бранд вдруг рассмеялся:

— Это ты так шутишь? Очень весело…

— Я не шучу, — прервала его Лела и несмело подняла руку, демонстрируя кольцо.

Бранд некоторое время непонимающе изучал артефакт симфов, осторожно взяв её за руку. Но рукопожатие становилось всё сильнее. Девушка едва не вскрикнула от боли, когда хватка стала невероятно сильной. Бранд резко поднял глаза и в них бушевал даже не пожар, а бешенство чистой огненной ярости, а лицо напоминало в гримасу демона.

— Значит, вот как, — прошипел он на выдохе, не отпуская её руку.