Покорись, Ведьма, или Тёмный изволил влюбиться!

 

– Власта! – как только мы вышли на полянку, раздался испуганный голос Храмовника. – Что случилось? Ты ранена? Сильно болит? 

– Нет, Яр. Всё хоро… 

– Садись быстро! – скомандовал он, перебивая меня, и сам же усадил на ближайшее поваленное дерево. 

– Яр, всё… – но закончить он мне не дал. 

– Так, не волнуйся! Сейчас посмотрим, что с раной, – и с этими словами… задрал подол платья. 

Он настолько это быстро сделал, что я даже отреагировать не успела. Лишь безмолвно глотала ртом воздух.

 

– А где рана? – непонимающе спросил он, рассматривая мои голые ноги. 

– Яр! – грозно крикнула я, отобрав подол платья из его рук. Быстро накрыла ноги и возмущённо посмотрела на Храмовника. – Что вам всем так надо мне под юбку заглянуть? Нет раны. Вылечили уже. 

– Как вылечили? – нахмурился мужчина, продолжая меня разглядывать. 

– Вот так! Взяли и вылечили. А ты бы прежде слушал, что тебе говорят, а не сразу под платье лез. 

– Так я же… – он не стал продолжать и уже более серьёзным тоном спросил.

– Власта, кто тебя вылечил? Вот так, не оставив следа, взяли и вылечили? Ты своё платье видела? Там дырища огромная, всё кровью пропитано, а на коже и следа нет от ранения. 

– А вот это непростая история, – хмыкнула я, вставая с бревна. 

Пока мы добирались до деревни, я успела поведать Яру о нападении Гулей, о том, что их было двое, что крайне странно и о… Нике. 

После упоминания Странника у Храмовника было такое лицо, что я не смогла сдержать улыбки и навсегда запечатлела этот момент в памяти.

Ведь таким я его не видела никогда. 

Но нужно отдать должное, он смог быстро взять себя в руки. Яр много задал вопросов и я уже думала, что они не кончатся. Однако, как только мы вошли в Васильки, у Храмовника исчерпался запас, и мы просто шли далее в тишине. Жалко, что недолго. 

– Властушка! Батеньки! Что же сделали с нашей-то Ведьмочкой? – раздался вопль, от чего мы с Яром дружно вздрогнули. Мы обернулись на голос, а к нам бежала полная женщина в ярком платке.

Она прижимала руки ко рту и выглядела не на шутку испуганной. – Миленькая, как же так? Сильно ли ты ранена, деточка наша? Ох-хо-хох! Всё в кровище. А дырень-то какая на платье… 

И это самое платье Бажена попыталась схватить. Но я увернулась от цепких рук, а Яр, сделав шаг вперёд, загородил меня собой. 

Да что им всем нужно от моего платья-то сегодня? 

Дойду ли до дома одетая? 

– Бажена, всё хорошо.