Протокол вскрытия

Откашлялась и повторила громче: - Эринг! Иди сюда!

- Что? – кратко спросил он, в мгновение ока очутившись рядом.

- Я была не права, - призналась я негромко, не отводя взгляда от наполовину засохшего дерева. Завязь еще не успела окончательно увянуть и сморщиться. – Здесь действительно есть кое-что интересное.

Не уточняя, я жестом попросила его следовать за мной. Осторожно приблизилась к яблоне, опустилась на колени, осторожно разгребла листья. На стволе бурела надпись: «Хаг Алу», а вокруг – трижды повторенная руна альгиз и перевернутая эваз.

- Что это значит? – теперь в негромком баритоне Эринга не слышалось и тени дурашливости.

- Хагалаз, ансуз, гебо – ансуз, лагуз, уруз, - прочитала я задумчиво. – Старая формула для уничтожения враждебных сил, какой-то угрозы. Альгиз – это понятно, защита. Эваз – странствие духа. В перевернутом виде...

Я оборвала пояснения. Еще раз оглядела несчастное дерево, к которому не хотелось прикасаться.

- Так что это такое? – не выдержал Эринг.

Глаза его, обычно безмятежные, сейчас потемнели, как грозовые тучи.

- Это... – начала я.

Договорить мне не дали. Мелькнула тень, и меня пребольно дернули за руку.

- Что вы здесь делаете?! - закричал прерывистый от слез девичий голос. – Не смейте трогать! Уходите, вы!..

Эринг с немалым трудом отодрал от меня плачущую девушку. На ее зареванной мордашке застыло выражение скорби и отчаяния.

- Эй, потише! – велел Эринг, едва удерживая рвущуюся девицу. – Ты сестра Кари, да?

- Да, - она поникла, и слезы полились водопадом.

- Ты зачем напала на Проводника мертвых? – строго спросил Эринг, явно пытаясь поразить ее моей должностью.

Помогло – девица впечатлилась так, что даже рыдать перестала.

- Вы... Вы... Правда?!

- Правда, - подтвердила я раздраженно. Терпеть не могу суеверия, которые напридумывали вокруг моей работы.

Девушка высвободилась из рук Эринга и начала заплетать растрепанные волосы. Рукав ее просторного платья упал почти до локтя, открывая кровоподтеки на запястье.

- Кто вас бил? – спросила я резко.

- Никто, - пролепетала она испуганно и вжала голову в плечи.

Мы с Эрингом посмотрели друг на друга. Он едва заметно кивнул и вдруг ласково приобнял Бирту.

- Не плачь, - заворковал он, осторожно касаясь кончиками пальцев ее щеки. – Зачем портить такое хорошенькое личико слезами?

- Я... Я... – пролепетала она, глядя на него широко раскрытыми глазами.

Слезы мгновенно высохли, лишь загнанное выражение в глубине миндалевидных светлых глаз осталось.