Протокол вскрытия

- Да, – проведя быстрый осмотр, я с облегчением перевела дух. – Нам повезло, она просто без сознания. Веревка пережала сосудисто-нервный пучок в области шеи. Шейные позвонки в порядке.

- Самоубийство? – так же кратко поинтересовался Эринг.

- Тебе виднее, - дернула плечом я.

Он острым взглядом окинул обстановку. С невнятным восклицанием схватил со стола записку, придавленную браслетом – таким же, как у мертвого орка. Развернул, прочитал и молча показал мне.

«Прости меня, любимый! - гласили прыгающие строчки.

- Она беременна, - тихо сказала я. Теперь руны не «фонили» рядом, и вторая жизнь в этом хрупком теле ощущалась сразу. – Примерно тридцать две - тридцать шесть недель, я в этом не очень сильна.

Дурочка попала в беду. Внебрачный ребенок – это позор, тем более в таком богами забытом месте. А если учесть, кто отец...

- Тогда мотив понятен, - Эринг нахмурил лоб и отвернулся. – Кари сказал, что не любит инородцев. Терпел Ханзи, потому что тот спас ему жизнь. Взбесился, когда узнал о сестре.

- Отнеси ее в постель, - перебила я. – После всего этого у нее может быть выкидыш.

Побледнев, Эринг кивнул и подхватил на руки легкое тело с почти незаметным под широким платьем животом.

***

Она не смотрела на нас. Грела руки о чашку с чаем и говорила, говорила. О том, каким чудесным он был. О том, как они любили друг друга. О том, как мечтали пожениться.

- А потом Ханзи начали сниться дурные сны, - сказала Бирта тихо. – Он не помнил, о чем, но каждый раз там была смерть.

Она всхлипнула и зажала рот рукой. Эринг осторожно похлопал ее по плечу.

- Ну, тихо. Тихо. Ты ни в чем не виновата.

- Виновата! – вскинулась она. Она была красива той светлой северной красотой, перед которой не могут устоять южане. – Я... Я не знаю, почему так! Я все сделала правильно, клянусь!

- Мы тебе верим, - мягко произнес Эринг. - Что было дальше?

Я молчала, не мешая ему охмурять свидетельницу.

Она всхлипнула и положила руку на живот.

- Они выпили и стали... ну, странные. Им что-то мерещилось. Я испугалась и спряталась в своей комнате. А утром...

- То зелье у вас осталось? – не выдержала я.

Бирта кивнула.

- Там. – Она махнула в сторону комода. – В верхнем ящике.

Эринг отыскал пузырек и молча вручил мне. Я вынула пробку, понюхала и скривилась. Торопливо закрыла бутылочку и объяснила кратко:

- Манидегг.