Связующие нити

Я пропустила мальчишку вперёд, и закрыла дверь.

— Сейчас, я только пуфики расставлю. Вчера заснула здесь. На беспорядок не обращай внимания.

— Ладно.

— Садись, — устроившись, как обычно, я взялась за альбом и за простой карандаш. — Тебе сейчас нужно, Том, вспомнить тот ключевой момент, когда, как тебе кажется, ты и потерял семью.

— На вокзале это было.

— Нет… просто вспомни, говорить ничего не нужно. Даже если ты был совсем маленький и не помнишь никаких деталей, просто вспомни ощущения. Даже если тебе было очень страшно, не бойся сейчас думать об этом, так нужно, хорошо?

— Меня потом в детдом отдали, — Том сидел напротив и буравил меня глазами.

Он так напряженно смотрел, что я даже замешкалась. — Я на станции пошёл к киоску конфеты смотреть, а поезд уехал.

— А почему ты вчера об этом нам не рассказал?

— Какая разница. Вы же их найдете, да?

Этот случай выглядел странно. Как он мог потеряться на вокзале, или на станции, ребёнком? Нет, потеряться он мог, но потеряться так, что его не искали и отдали потом в детдом? Если так, то где же здесь связующая ниточка? Но Зарина сказала, что это не случайный мальчишка, что ниточка чувствуется, она есть – она натянута и дрожит, она не дает ему покоя, и он действительно ищет.

— Найти, наверное, найдём. Но тебе же вчера говорили, что нужна обязательно обратная связь. Ты понимаешь, о чём я?

— Они меня не забыли, я знаю.

— Начни вспоминать, — я опустила руки на лист, — только воспоминания. Никаких посторонних мыслей, фантазий, выдумок и прочего. Чётко или не чётко – не важно.

Сосредоточься и ни на что не отвлекайся.

Он медленно кивнул, но ничего следом не произошло. Я подождала несколько секунд.

— Если тебе будет легче, можешь закрыть глаза.

Он закрыл. Моя рука очень неуверенно стала двигаться вверх и вниз, вырисовывая графитом поезд. Но тут же всё смазалось, и прямо поверх первого рисунка я стала рисовать совершенно другой, а потом, не в силах остановить движение, перечеркнула крест на крест всё.

— Нет, всё было не так, — одними губами сказал Том, — я пошёл смотреть конфеты…

На новом листе под карандашом стал появляться рисунок плитки шоколада, потом она стала обрастать чертами многоквартирного дома по типу новых построек.

Потом я вырвала лист, и стала рисовать прилавок…

И всё кончилось. Томас распахнул глаза:

— Нормально, да? Это то, что нужно?

— Нет не то. Посмотри на меня.

Он посмотрел, но не сразу. Я плохо разбиралась в человеческих чувствах, но сейчас для меня всё было более чем очевидно.