Вернуться назад

Проходя мимо большого зеркала, неожиданно заметила чёрную тень, и даже немного испугалась, но потом поняла, что это всего лишь я: с синяками под глазами, сгорбленная, серая, со спутанной кипой волос на голове,— это всего лишь я!

Вот она пугающая дорога на кладбище к последнему приюту друга детства. Дождь успокоился, раздев деревья ещё больше и бросив их одежды людям под ноги. Листья так беспомощно хрустели, ломались под ногами и взлетали вверх, что не могла думать ни о чём, кроме них.

Весь путь показался очередным испытанием нервов на прочность, ведь мы с мамой не сказали и слова друг другу.

Мысли витали где-то далеко, и я совсем не думала о предстоящем событии, о чём угодно,— листьях, холоде, обеде, но только не о нём. Оказавшись, наконец, в назначенном месте в назначенное время, мы оказались последними из пришедших сюда. Все те, кто ещё вчера сочинял торжественные речи, покупал подарки, спешил поздравлять Питера и Мию с бракосочетанием, сегодня большим чёрным пятном столпились на этом холме вокруг гроба, в котором лежал прекрасный незнакомец, чьи руки сковала вечность.

— Питер, мой Питер!— думала, про себя украдкой глядя на него.

А вот и его ледяная и прекрасная супруга, стоит как ни в чём не бывало среди этой скорбной черноты, на лице ни единой эмоции, каких-либо чувств... радости, боли, словно каменная статуя, сошедшая с одной из здешних могил. Она так величественно выделялась из всей этой серой массы, что даже дух захватывало. Сама не знаю почему, но ненавидела её всей своей душой, за это спокойствие, равнодушие, в то время как всё внутри меня разрывается на части и кричит от боли, она так торжественно спокойна! Ненавижу её, за то, что забрала моего единственного друга!

В том, что случилось с Питером, виновата она и только она! В этом я была абсолютно уверена как ни в чём другом на свете.

В двадцать два года сердечный приступ, не смешите, у него никогда не было проблем с сердцем, пока не появилась Мия!

Люди по-прежнему толпились вокруг.

Кто-то плакал, кто-то перешёптывался глядя на вдову и только Пит и его жена во всём этом сумасшествии были абсолютно спокойны.

Всем сердцем желая исчезнуть, раствориться вместе с росой, подошла ближе и встала со столь ненавистной девушкой бок о бок. Не могу сказать, что она уловила в моём взгляде, но только взглянув в мою сторону, Миа улыбнулась и тут же ушла, оставив нас с Питером вдвоём, насколько это было возможно среди этой толпы.