Чуктор и Гектор. Рассказы

Решив срезать путь через небольшой лесок, Гектор спустился в овраг, наполненный странным туманом. Выбравшись из оврага, Гектор почуял, что что-то не так, но не мог понять – что. Вдруг в кустах раздался шорох. «Сарматы!» – настороженно подумал Гектор, но из кустов на встречу Гектору вышел странного вида человек. Одет он был странную зелёную одежду, а на голове была не менее странного вида шапка голубого цвета.

– Передаст, что ли? – увидев Гектора, закричал на незнакомом языке странный человек в голубой шапке.

С этими словами незнакомец с грозным видом пошел на Гектора. Гектор ничего не понял из сказанного, но потом осознал, что в словах странного незнакомца было одно известное ему слово, хотя и произнесенное со странным акцентом. Это было слово «педераст». Гектор знал – кто такие передасты, знал, что их еще называли голубыми и геями, и что ходили те голубые геи на гей-парады.

«Это передаст! – догадался Гектор. – Он же сразу сказал – кто он. Тем более – голубой, судя по шапке. А брошек-то сколько на грудь нацепил – видать, почти все у Тиффани скупил! И шапка у него явно форменная. Ясен пень, с гей-парада идет».

В это время незнакомец подошёл к Гектору и замахнулся для удара. Однако, незнакомец не учёл, что Гектор был опытнейшим воином, а потому и отправился незнакомец в глубокий нокаут лежать на землю. Тут Гектор от греха подальше решил скорее удалиться.

С другой стороны оврага тоже все было как-то не так. «Колдовской туман, – думал Гектор, – не иначе, как Танатос мутит». Тут раздался топот копыт, и Гектор на всякий случай подобрал увесистую корягу, похожую на булаву. Вскоре на поляну галопом влетело странное существо – на одну половину человек, на другую – лошадь, и на чистом эллинском языке произнесло:

– Приветствую тебя, о Гектор!

– Ты кто? – ошарашенно спросил Гектор.

– Кто… кто… – ответило, передразниваясь, существо. – Конь из Таврии. Агрофак меня зовут.

– Кентавр? – переспросил Гектор. – Где я? Что тут вообще происходит? Туман какой-то странный…

Пришлось Агрофаку разъяснить неразумному эллину, что туман тот не простой, что, выбравшись из тумана, всякий оказывается на том же самом месте, но в другое время, кое может отстоять на сотни, а то и тысячи лет.