Мой темный господин, или Семь кругов тьмы

Саму себя ненавижу за эту злость, за эти проклятые слова, обращенные к родной матери!

Как я могла желать ей смерти? Как?..

Снова тьма. Бурлит вокруг, наплывает с разных сторон. Чувствую ее, вдыхаю, впитываю сквозь кожу.

Моя копия из воспоминания поднимается с кровати, оборачивается. И я атакую ее. Потому что ненавижу. Потому что хочу наказать за злые, несправедливые слова, за грязные мысли.

По рукам и телу течет сила. Нарастает. И… внезапно сходит на нет. Слишком мало, недостаточно.

– Не то… – шепчет тьма. – Все не то.

Что же ты такая добренькая?

– Я?! Это я-то добренькая?!

Шелестящий смех. И снова все меняется.

Внезапно передо мной предстает господин. Равнодушный, безжалостный взгляд. В глазах – отражение тьмы.

– Не подводи меня.

– Господин? Но как вы здесь…

– Ты не понимаешь? Еще не догадалась? Это я все подстроил.

– Что? О чем вы говорите?

– Это я сделал так, чтобы твоя мать заболела! Это я убивал ее день за днем, чтобы ты потеряла надежду! Я подбросил тебе древний фолиант, чтобы, отчаявшись, ты вызвала меня! Я вел тебя по этому пути и заставил стать рабыней.

Я уничтожил твою жизнь, чтобы ты отдала ее мне.

Потрясение. Неверие. Злость. И снова растущая во мне сила.

– Вы не могли… Зачем вы это сделали?!

– Ты мне нужна, – безжалостный ответ, безжалостный взгляд.

Шепот тьмы:

– Атакуй его, накажи, отомсти. Он убивал твою мать. Он разрушил твою жизнь. Ему ведь это удалось. Отомсти! Покажи, на что ты способна.

Вокруг нас появляются люди. Проклятые. Леди и лорды. Кажется, я видела их на балу.

– Ты слаба и никчемна. Что ты здесь делаешь? Господин ошибся, когда выбрал тебя!

– Ты никогда не станешь одной из нас, ты пустое место!

– Ты ничего не добьешься, ты ни на что не способна! – говорили они, выбрасывали эти слова со всех сторон, и их голоса сливались в хор.

– Прекратите! Хватит! Иначе я… иначе я вас ударю!

– Я ошибся, Алайна? Покажи, на что ты способна. Ты можешь ненавидеть. Ты должна ненавидеть.

Одна картина наплывает на другую. Я вижу, как господин подходит к кровати моей матери, еще здоровой, просто спящей.

Но он кладет ладонь ей на лоб, и жизнь покидает ее. Вижу, как господин подталкивает мне в руки фолиант и нашептывает воспользоваться им.

– Я разрушил твою жизнь, превратил в рабыню, – повторяет господин.

– Ты ни на что не годишься, ты пустое место! – скандирует толпа.

И я не выдерживаю. Сердце наполняется злостью. Я вся ею наполняюсь. Вместе с ней приходит тьма. Она течет по венам, растворяет в себе кровь, занимая ее место.