Девиант в Академии Стражей (чужая среди своих)

Он усердно делал вид, что меня не знает и совершенно не замечает. С одной стороны — и ладно. Но с другой — он, как-никак, мой наставник.

Впрочем, моя ситуация оказалась еще не такой плачевной.

Якобусу в наставники достался Дар, который вовсю пользовался положением и заставлял парня носить его папки, открывать перед ним двери и даже завязывать шнурки на бутсах. Наставник Магнуса не так изощрялся, но выдал своему испытуемому целую кучу литературы и приказал прочесть все до утра. Столько за ночь даже я бы не осилила.

Похоже, мне все же повезло, что Марс меня не замечает.

Но это днем. Ночевать, хочешь или нет, нам приходилось в одной комнате. Я, как могла, оттягивала этот момент, боясь, что мне припомнят утренний инцидент с будильником.

— Привет, — глупо сказала я, входя в комнату. — Или стоит говорить добрый вечер, наставник?

Марс поморщился, не оценив моей попытки хоть как-то примириться.

— Можешь ничего не говорить, — разрешил, после недолгого раздумья. — Так даже будет лучше.

Сказал и направился в душ.

При этом беспардонно скинув форму и оставшись в одном исподнем. Том самом термобелье, что выдавали всем Охотникам. Надо сказать, слишком тонком белье, повторяющем все очертания тела. И очень коротком — летний вариант.

Нервно сглотнув, отвернулась и сделала вид, будто увлеченно рассматриваю стену. Ну да, вон та трещинка очень забавная, формой напоминает сердце, которое сейчас упало у меня в пятки.

Хлопнула дверь душевой, и я облегченно повернулась.

А зря. Черт бы побрал полупрозрачную дверь, почти не скрывавшую того, что творилось за нею.

И какой чудак с буквы «м»решил, что курсанты Охотники могут не стесняться друг друга?

Глава 15

Как бы я ни старалась отвлечься, не получалось. И даже зубрежка лекций, всегда спасавшая в трудные минуты, на сей раз помогала слабо. Я пробегала глазами по строчкам, но смысл прочитанного ускользал от меня.

В душевой журчала вода.

Поднявшийся теплый пар скрыл очертания фигуры Марса. Но легче не стало. Особенно когда он вышел, замотанный в слишком узкое полотенце.

Я поерзала на кровати и уткнулась в книгу, словно намереваясь полностью провалиться в нее.

— Глаза испортишь! — буркнул Марс и включил лампы на полную.

А после скинул полотенце и, тряхнув головой, как огромный лохматый пес, стал энергично растирать спину.

В комнате стало слишком жарко, и я потянула себя за воротник куртки. Повязка теперь особенно сильно сдавила грудь, не давая дышать. Голова закружилась.