1. Пари на пятьдесят золотых (псевдоним: Тата Орлова)

 

Небрежные штрихи выводили на бумаге одно и то же женское лицо. В профиль, анфас. С улыбкой на мягких, выглядевших податливыми губах. С надменным взглядом кажущихся растерянными глаз. С густыми темными локонами…. 

Странно, но именно эти темные локоны в образе девушки казались ему чуждыми, вызывая желание изменить прическу.

- Ничего? – переспросил Эдгар, подходя к нему ближе. Наклонился, перехватил руку, не дав продолжить движение. – Кто это?

Ответить было несложно – всего лишь назвать имя. Но….

Красавицей не назовешь, если только миленькой, но ведь зацепило….

Или все дело было в том письме от маркграфа де Эренталя, в котором он предлагал свою воспитанницу ему в жены?!

Не он первый. Не он последний. Алекс не забыл, как, прочитав, отбросил украшенный вензелем лист бумаги в сторону, едва ли ни сразу о нем позабыв. Вспомнил лишь однажды, вскользь, столкнувшись в очередной раз с Агжеем, но только для того, чтобы вновь выкинуть из головы.

- Моя возможная невеста, - то ли хмыкнув, то ли вздохнув, ответил Алекс.

- Лильен Аталин де Ланье, воспитанница маркграфа де Эренталь.

- Тебе он тоже писал? 

- Что?! – поднял голову Алекс. Проследил взглядом за Эдгаром, который, обойдя стол, устроился на стоявшем с той стороны стуле. – Ты не говорил?

- Не считал важным, - Эдгар пожал плечом. – За ней дают хорошее приданное, да и род древний, но жениться в ближайшее время я не собирался, потому и не рассматривал этот вариант. Как и многие другие.

- Вот и я не рассматривал, - понимающе кивнул Алекс.

Бросив еще один взгляд на свои художества – те не отражали и десятой доли того, что он ощутил, поднялся, отошел к окну.

Вернувшись, он предпочел уйти в предоставленные ему покои. Хотелось подумать и… помолчать, вспоминая подробности неожиданной встречи, всколыхнувшей в нем так много.

Смерть родителей и брата сделала его циничным и жадным до жизни и ее удовольствий. Успеть все…. Он и службу в первую очередь выбрал исходя из этого же принципа. Знать! Иметь возможность! Использовать все, что мог и умел!

Про девушек, побывавших в его постели, и говорить не стоило.

Сначала, как потребность заткнуть сосущую пустоту одиночества. Затем…. Затем стало просто игрой. Одна, вторая, третья…. Ему нужна была победа над каждой. 

О том, что когда-нибудь будет мужем и отцом, он думал. Обреченно. Как о том, что рано или поздно, но случится. 

- Она была в этом доме? – прервал Эдгар его диалог с самим собой.