1. Пари на пятьдесят золотых (псевдоним: Тата Орлова)

Маркграф, лучшая ищейка королевства, друг того самого герцога, которого я уже ненавидела, мой личный кошмар, каждый разговор с которым становился битвой. И командир королевской стражи, которого я не узнала.

- Де Риньи, - выдохнул Агжей, прижимая меня крепче. – Извини, но тут я тебе ничем помочь не смогу. Если дядя решит….

- Я сама с этим разберусь, - мстительно усмехнувшись, отстранилась я от брата. – Ты только держи меня в курсе его планов, - попросила я, направляясь к шкафу с одеждой.

- Вот этого я больше всего и боялся, - хмыкнул за спиной Агжей, вынуждая меня трагично закатить глаза.

Уж кто-то, а Агжей никогда не пропустит подобного развлечения.

***

- Ты как? – получив разрешение, вошла я в комнату Лайета.

Марк сказал, что все не так страшно, как можно было бы предположить, но я предпочла увидеть все своими глазами, не доверяя чужому мнению.

- Радуюсь, что остался жив, - хмыкнул ар Карзи, с вожделением посмотрев на тарелку, которую я принесла с собой. – Это мне? – сглотнув, осторожно поинтересовался он.

Выглядел он неважно, но лучше, чем я, когда закончилась моя тренировка. То ли методы были другими, то ли….

Я склонялась ко второму. Выносливость ар Карзи уже успела стать в Академии предметом зависти.

- Тебе, - подойдя к столу, поставила я свою ношу. Добавила толстый ломоть хлеба и ложку. – Может, сначала ванна? – мягко уточнила, делая шаг назад.

- Что? – шумно втянув в себя воздух, спросил он. Потом повернулся. Ноздри хищно подрагивали….

- Я все поняла, - улыбнувшись, подняла я руки.

Отступила: - Голодный мужчина, злой мужчина.

- Маленьких не обижаем, - подмигнув мне, пододвинул он стул. Сел. Как ни старался сдерживаться, но ложку схватил резко, тут же бросив на меня извиняющийся взгляд.

Мне оставалось только хмыкнуть. Сама я ела с не меньшей одержимостью.

Пока Лайет утолял первый голод, отошла к окну. Смотреть особо было не на что, но хотя бы не смущать друга. 

- Не проще ли отказаться? – дав ему несколько минут, поделилась я своими сомнениями.

С братом до такой степени откровенности мы не дошли.

И не только потому что демонстрировать свою слабость перед Агжеем мне не хотелось – комплекс младших, но и, учитывая, что взгляд друга на ситуацию, в которой я оказалась, был не отягощен матримониальными планами дядюшки.

- Хочешь открыться? – понимающе вздохнул он. Ложка стукнула… не по тарелке – по столу.

- Уже не в первый раз, - усмехнулась я, но так и не повернулась. – Эти отношения затягивают, становятся глубже, откровеннее.