О бедной сиротке замолвите слово

Нет, я понимала, что Амелия далеко не откровенна и все куда сложнее, чем она пытается представить… и, быть может, поторговавшись, я бы выбила себе условия получше, но…

…я пробежалась по строкам.

…на первый взгляд все просто и очевидно… я, Маргарита… чужой хвост имени, который я долго пытаюсь осмыслить, добровольно и осознавая последствия, отказываюсь от рода… прав… и так далее, и тому подобное…

…пустая строка, куда, как понимаю, надлежит вписать новую фамилию, вернее старую, но, кто виноват, что в этом мире стало все шиворот-навыворот.

А вот еще один договор, на сей раз с некой компанией «Шантар Лик» об оплате моего обучения…

…и еще один, о выплате мне компенсации за…

- Землетрясение случилось не так давно, пострадавших хватает… это объяснит твою некоторую… инаковость, - спокойно произнесла Амелия. – Если ты не против.

Мне было, признаться, все равно.

- Подписывать кровью? – я заглянула в чашку, но кофе закончился, а добавки мне не предлагали.

- Приятно видеть, что ты так быстро ориентируешься в наших реалиях…

Амелия подвинула серебряный портсигар.

То есть, сперва мне эта коробочка показалась портсигаром, но внутри обнаружилось тонкое стальное перо с острым наконечником. Такое палец проткнет не хуже ланцета. Да уж… и не признаешься, что пошутила.

Я взяла перо.

Примерилась к пальцу.

- И все-таки зачем… ведь было бы проще… опоить и…

Амелия потерла виски.

- Я уже наказана. И я не хочу, чтобы пострадали и мои дети. Не волнуйся, боли не будет.

И вправду не было, а кровь впиталась в лист моментально.

Вот тебе и магические технологии… в следующее мгновение я ощутила невероятную слабость.

Сердце застучало.

Быстро и еще быстрее. Закружилась голова. И запахло горелым. Аромат был столь явный, горький, что я даже испугалась: а не я ли это горю…

- Тише, девочка, - Амелия подхватила меня и вынула перо из ослабевших пальцев. – Это скоро пройдет… надо потерпеть… дух рода не любит отпускать то, что принадлежит ему…

А перед моим внутренним взором предстала та самая каменная тварь. Она была живой и смотрела так… с упреком.

Я хотела сказать, что у меня нет выбора.

Что, если разобраться, то этому роду я не слишком нужна… и что сожрут меня, не задумываясь, а она, тварь, единственная, кто отнесся ко мне с сочувствием, не поможет.

И она, кажется, поняла.

Вздохнула.

И потянувшись, коснулась моего лица широким носом. Она дохнула и меня окутало белесое пламя. Странно, но жара я не испытывала.

- Спасибо, - сказала я твари, когда пламя впиталось в тело.