Печать Демона

Кажется, странная сущность из головы не была со мной согласна. Да и мужчины смотрели со скепсисом.

– Среди стражей не бывает женщин, – пояснил Вэлинг.

– Я первая. Чувствуете, как вам повезло?

Мужчина переглянулись, решив не комментировать мой сарказм.

– Ты можешь надеть броню? – спросил отец, двинувшись ко мне.

– Ты про ваши кожаные костюмчики?

Кажется, стражей разозлило пренебрежение в моём голосе.

– Нет, не могу, – скрестила руки на груди.

Костюм отца сменился боевой броней.

Он выхватил пистолет из кобуры, развернул его рукоятью и протянул вперёд, продолжая сокращать расстояние между нами.

– Хмм, считаете меня демоном, но даёте пистолет? Не боитесь, что я здесь всех перестреляю?

– Выстрели, – отец грубо пихнул меня пистолетом в грудь.

Невольно отступила назад, схватившись за оружие. Несмотря на напускную браваду, пребывала в замешательстве.

– Стреляй, Натали, – прорычал отец. – Выстрели в стену. Не сможешь – демон.

– И что тогда? – сжала до хруста костяшек рукоять пистолета, устремив взгляд к отцу. – Ты сам меня убьешь? Или поручишь подручным?

– Стреляй, Натали! – рявкнул он.

Мы одновременно вздрогнули от его крика.

– Пожалуйста, милая, – попросила мама.

Коротко выдохнув, я отвела пистолет в сторону, направив его на стену. В душе кипело множество эмоций, от злости до отчаяния. Я хотела услышать ответ отца. И говорило во мне не чувство самосохранения, а та маленькая девочка, что ждала папу на свой праздник.

Он не пришел на мой шестой день рождения, как и на последующие. Отец явился только на моё одиннадцатилетие с безмерно дорогим подарком, но тогда я уже сама прогнала его, отказавшись принимать от него хоть что-то. Он никогда не понимал, чего я жду от него, а я не спешила объяснять. И в эти мгновения я просто хотела знать, что он не бросит, даже если весь мир отвернётся от меня. Наивная дура!

Я так и стояла, глядя прямо в глаза отца.

Палец задрожал на спусковом крючке. Пистолет накалился под действием наполняющей его силы. Она клубилась в воздухе, исходя тёмной энергией от моей кожи, которую вновь пересекали медленно увеличивающиеся светящиеся фиолетовым светом линии.

– Она выбьет стену! – воскликнул Уитхем.

И тогда я навела пистолет на грудь отца. Ни один мускул на его лице не дрогнул. А я испугалась. Затрепетала от страха от мысли, что палец соскользнёт.