Его строптивая невеста

Он прислал наряд, который в жизни не назовешь целомудренным и подростковым. На тонких бретелях, с открытой спиной и глубоким декольте, державшимся на честном слове. Юбка свободно спускалась вниз до самого пола, но не была пышной или громоздкой. Ткань сияла и переливалась под фонарями и солнечными лучами.

— Поверить не могу... — все, что я смогла вымолвить.

— Ха, представляю, как Адриан обрадуется, — стрельнула в меня глазами Лу. — Да он взгляд от твоей груди не оторвет.

— Ой, а я забыла, — обернулась к подружке.

— У меня произошла смена партнеров.

Присев на кровать, я рассказала ей обо всем, что услышала на поле. Потом поведала про Августа и свою драконью родню.

— Что же, — эльфийка села рядом и обняла меня. — Хорошо, что вы поговорили. Я буду безумно по тебе скучать, но твой папа прав, временно тебе нельзя оставаться в академии. Я бы на его месте тебя пораньше забрала. И да, Хелен с Адрианом — спесивые мерзавцы. Так им и надо.

Она всегда умела меня поддержать.

— Судя по довольной физиономии Хелен, она ни о чем не жалеет, — усмехнулась я.

— Ее семья получила выгоду из-за помолвки, а папа скорее всего поможет ее родителю устроиться по службе.

— Пожалеет, когда поближе узнает прохвоста, — злорадно отметила Лусиэнь.

Скорее всего, Лу близка к настоящему положению дел. Как бы я ни сочувствовала парню, как бы для него не была важна наша сделка, он не избавился от своей вредной привычки — крутить со всеми подряд и западать на любую юбку.

Немного поговорив, поплакав и поделившись общими проблемами, мы приступили к сборам.

Свои волосы я распустила, воспользовалась маленькой женской хитростью, наложила сковывающее заклинание, чтобы они не разлетались от порыва ветра, но предпочла ничем их не закалывать. Эльфийка побоялась действовать столь радикально, хотя ее родители не оставались на праздник. Заплетая мудреные косы, она мечтательно всматривалась в окно. Представляла, наверное, что сделается с адептом Фарнгейлом, когда он ее увидит.

Застегнув платье, я произнесла слова еще одного заклинания.

Бретели и лиф были крайне ненадежными, а оскандалиться, тем более в обществе отца, я побоялась.

Перед самым началом к нам зашел Конор.

— Вау, — застыл дракон на пороге. На меня он не обратил никакого внимания. — Лу, ты очень красивая.

Он держал маленький цветок, который должен был прикрепить к платью своей спутницы.

— Спасибо, Конор, — зарделась моя подруга и опустила ресницы. — Ты тоже прекрасно выглядишь.