Его строптивая невеста

Кажется, мое обещание Конору обрастало новыми вводными, а еще, кажется, мне нельзя опозориться. Надо элегантно падать и ни в коем случае не одолеть противника даже случайно. Может, Стоун обидчивый. Однозначно, мой друг одним артефактом не отделается.

Нехотя я вышла вперед, ожидая самого страшного заклинания, с которым я не была бы знакома. Мэтр, как ни прискорбно, послал на меня заклятие немоты, видимо, вспомнив обо всех моих словесных изысканиях. А где боевые чары? Я взмахнула руками и с легкостью преобразовало его волшебство в противоположное.

Для этого не надо было и стараться. Приложить капельку усилий, увидеть структуру и немного ее видоизменить. Так что «немота», полетевшая к преподавателю стала проклятием «тараторки». Главное, чтобы Рей обратно его не запустил, у меня и без волшебства с выдержкой проблемы.

От моего воздействия Стоун увернулся, а заклинание погасил.

— Неплохо для второго курса, Блейк. А что ты скажешь на это?

Теперь ко мне двигалось заклятие обездвиживания. Оно считалось весьма полезным среди Сантиорцев и было мне знакомо.

В попытке защититься я сама использовала похожее заклинание, не обездвиживания, но заморозки. Они оба схлестнулись, а потом начали искать более слабого противника, отбившись друг от друга рикошетом. Среди полной аудитории это было лишним, потому что чары явно настроились на первые парты. Обидно, но похоже, что дракон даже не старался и в наши стройные ряды лекарей не верил.

Стоун быстро рассеял магическое воздействие.

— Садитесь, леди Уиллоуби.

Неплохо, — улыбнулся он, — для девчонки, конечно.

Какой он все-таки невыносимый. И дня не прошло, а я уже выбрала себя преподавателя, которого буду ненавидеть, а мне его влюбить в себя как-то надо, согласно коварному плану Конора.

Мужчина дальше вызвал парней и тренировался на них в ехидных замечаниях, надеясь, что хоть один целитель сможет его удивить. Как бы я ни искала подвоха в драконе, но занятие он вел интересно. Как он там сказал? Ново, невообразимо и непохоже? Так оно и было.

Через несколько минут он понял, с кем столкнулся. Все в аудитории без труда прочитали выражение, написанное на его лице, что наш курс, по драконьим меркам, беспомощный словно слепые, едва родившиеся, котята.

— Кажется, я опросил всех? — он оглядел зал в поисках новой жертвы. — А, — он уперся взглядом на мою притихшую подругу. — Про Лусиэнь Эллион забыл. Что же, прошу на эшафот.

Ну, и шутки у него. Какая боевая магия и эльф? Лу комара прибить не в силах.