Его строптивая невеста

Во-первых, они оба носили длинные волосы, а во-вторых, комплекция была схожая.

Боги! Как я сразу не догадалась?

— Он тоже дракон, — сообщила радостно и уселась возле Лусиэнь, чинно сложив ладошки. — Поэтому и знал, кто ты такой.

Слава моим мозгам, я бы из-за этой загадки не заснула.

— Уверена? — Конор вскинул бровь, явно не обрадованный моему заключению. — Не кто-то из моих однокурсников?

— Нет, он старше, говорила же.

Наш перепончатокрылый ящер промолчал, а дальнейшие вопросы игнорировали. Но и я, и подруга видели, что его настроение изменилось.

Кинг помрачнел, отвечал односложно, а через несколько минут заторопился домой. Проживал он недалеко от меня, вместе с другими своими собратьями, прибывшими по обмену.

Каких трудов стоило отцу организовать этот злосчастный обмен студентами. Точнее, это был не совсем обмен. Несколько крылатых к нам направили после долгих уговоров, а к себе, вот, никого не пустили. Но это легко объяснялось тем, что Рэйвенар находился в состоянии войны с государством демонов.

— Я вас провожу, а сам спрошу у знакомых, искал ли меня кто-нибудь. — торопился ящер к себе.

Понимая, что он взволнован, я и Лусиэнь спорить не стали, но завтра или на неделе от расспросов юноша не отвертится.

Мы медленно прогуливались по столице, но я все равно бросала на друга взволнованные взгляды. Слишком он занервничал, когда я упомянула дракона.

Конор редко делился информацией о своей жизни в Рэйвенаре, а мы, как верные подружки, боялись лишний раз его мучить своим неуемным любопытством.

Это вам не Сантиор, ящеры живут по-другому, скрываются и чтут старинные традиции. А еще они не любили чужаков, никого из них не принимали, да и выехать из страны было проблемой.

Попрощавшись с обоими, поспешила в свой особняк, расположившийся на главной улице города. Август Уиллоуби не зря работал руководителем всего иностранного министерства. Он, конечно, вечно был занят, но и получал жалованье не в пример обычному ремесленнику или простому служащему. Но и с учетом его должности мы жили скромно.

Папа не любил выставлять достаток напоказ, стремился к скромности, а еще требовал от меня и брата беспрекословного повиновения. Впрочем, для Кирана это не составляло особого труда, а я давно научилась обходить собственные обещания.

— Блейк, это ты? — раздалось из столовой, когда я вошла.

— Да, — я вешала куртку и принюхивалась к восхитительным запахам. — Странно, что вы все дома...

Последняя фраза повисла в воздухе.