Его строптивая невеста

Я начала ее произносить в прихожей, но закончила в упомянутом помещении, где собрались члены моей семьи и еще один незнакомец.

Знакомый незнакомец, между прочим.

Тот самый, что помог мне избавиться от поползновений Адриана.

— Блейк, садись, — похлопал возле себя отец. — У нас гость.

— Я вижу, — дернула подбородком и смиренно уселась на предлагаемое место. — Познакомите?

От излишней скромности я никогда не страдала. Если родитель ввел кого-то в наш дом, значит, это его ближайший соратник, друг, который не ужаснется от моего поведения.

Батюшка же не дурак — водить кого попало. Ему больше всех известно, насколько я импульсивная личность. Он это понял в мои пять лет, когда какой-то чиновник потрепал меня за пухлые щечки. Я по малолетству сильно речь не разделяла, но подружившись с детьми моей няни, умело объяснила проходимцу на простом уличном наречии, что действие было ошибочным. Это я очень культурно сейчас изъясняюсь. Тогда-то я считала, что матом просьбу не испортишь.

— Это Стоун Рей, — представил дракона отец.

— Он глава тайной канцелярии у наших соседей.

— Очень приятно, — я притупила взгляд.

Жук, насекомое, крылатый проходимец. Мог же сразу обозначить свой статус. Он не просто дракон, а служащий своей стране. Почти дипломат.

— И мне, — выдохнул черноволосый красавец, поднимая бокал, и поворачиваясь к Августу. — У вас замечательная дочь.

— Правда? — изумился батюшка.

— Правда? — вторил ему Киран.

На последнего я посмотрела с улыбкой, обещающей разнообразную расправу. Братишка был старше меня почти на десять лет, уже жил отдельно, но это лето проводил с нами.

Он был вправе меня наказать, но не обладал моей фантазией. Не он же придумал натравить на мага пауков. Я две недели сидела, обучаясь, как заклинать членистоногих.

— Да, — как ни в чем не бывало, Стоун проглотил кусок томленого мяса. — Красивая, учится в академии, слышал, что она отличница...

— Да, — с гордостью возвестил отец. — Моя Блейк такая. — Но он тут же посерьезнел. — Господин Рей, в этом кругу вы можете не скрываться.

Никто из членов семьи не предаст вашего доверия. Прошу вас объяснить, почему вы искали встречи со мной?

Мое сердце гулко забилось. Пожалуй, батюшка поспешил с заверениями. Не то чтобы я была болтливой, но дело, возможно, касалось Кинга. А каким я прослыву другом, если промолчу?

Видимо, к похожему мнению пришел и наш гость. Он не отрывал взгляда от меня, поднял брови до самой макушки, а потом, словно нехотя произнес.

— Это дело государственной важности, Август.