Случайностей не бывает

Артем хорошо помнил, как он сам метался по вагону, попав на Черную ветку первый раз.

– Ой, точно, – Яна тоже сообразила, о чем речь. – А что они такие пришибленные? – Прошептала она.

– Я не знаю, – сказал Дух таким тоном, спрашивать еще что-то мог только самоубийца.

Через пять минут громкая связь пробулькала с хрипеньем:

– Следующая Конечная, поезд дальше не идет, давайте, готовьтесь все на выход, чтобы я потом никого не ждала-стояла!

Из динамиков послышался звук смываемой воды и поезд начал тормозить.

– Давай проведем маленький эксперимент. – Дух потыкал пальцем в ближайшую спину. – Выходите?

– А? – как будто проснулся обернувшийся пассажир. – Что? А где…

– Конечная, – подсказал Дух.

– А? Да-да-да, выхожу, – крайне неуверенно сказал пассажир, испуганно озираясь. – А что за…

– Конечная, – еще раз любезно подсказал Дух. – Станция. Это после Кагановича.

– Кагановича, да, – пассажир выдохнул с облегчением, как будто это называние все объясняло. – Да, выхожу, конечно, – сказал он уже тверже.

Глаза у него при этом оставались стеклянными.

За окнами замелькали колонны и стены из красного кирпича.

Но их мешала рассмотреть стоящая на перроне толпа.

Поезд остановился, двери открылись со скрипом, которого на московском участке этой красно-черной ветки и в помине не было. Стоящие на перроне молча смотрели на стоящих в вагоне. Затем, шаркая подошвами, люди на перроне потеснились. Прибывшие начали выходить, заполняя образовавшиеся в толпе на перроне пустоты.

Наконец в вагоне остались только Табачный Дух, Артем и Яна. И Артему, и Яне выходить было страшновато.

– Пошли, – бросил Табачный дух и возглавил их короткую процессию.

Двери состава со скрипом закрылись, и он, набирая скорость, скрылся в тоннеле.

Артему явственно послышалось «Чух-чух».

*****

– Эй, эй, сюда!

В нише под лестницей прятался работник тутошнего метрополитена, гном Федор. Шлема с рогами и красной горящей буквой М на нем не было. Форменного кителя и штанов – тоже.

Их заменяли юбочка из травы и бусы из каких-то плодов. Секунд пятнадцать случайники молча любовались открывшейся картиной. Потом Дух скосился на Яну и закрыл ей глаза ладонью, что мало к чему привело: он все-таки был почти прозрачный. Гном медленно закипал.

– Килт! – Наконец, крикнул он, тыча пальцем в юбку. – Килт! Килт!

Глаза его при этом были выпучены, рот брызгал слюной, а судя по общему виду, Федора мучили неприятные воспоминания.