Дикое царство. О чем поет Север

Это все знают. А у остальных из царского рода малышей почти нет, чтоб убаюкивать. Или ты в няньки хочешь? Так… руками что умеешь делать?

– На губной гармони играть, – робко ответила я.

– Уже лучше. Что-то для красоты умеешь делать?

– Косы плести, разные. – Я правда это умела. Мы любили бегать по лесу со спутанными волосами девчонками… чувствуя единство с лесом. Но в почете было умение разное плетение волос. – Могу делать мази, бальзамы для смягчения кожи. Готовить умею…

– К еде тебя не подпустят ближайшее время, сразу говорю.

Дальше…

– Ну…

– Впрочем, достаточно. Точнее нет… Но я поняла тебя.

Люкасса еще что-то написала для себя, потом на маленьком куске пергамента, отдала ему его и кивнула.

– Подожди немного. Можешь присесть.

Она сама опустилась на небольшую софу и указала на место рядом с ней. Я послушно села и стала внимательно оглядывать помещение. Пол был выложен зеленой и коричневой мозаикой, везде стояли зеленые цветы в горшках, я напрягла слух… и где-то в другом зале видимо журчал фонтанчик.

Я заслушивалась звуками переливания воды, это успокаивало, приводило в порядок мои беспокойные мысли и чувства. Затем услышала женский голос.

«Да, зовите.»

Я делала вид, что ничего не услышала. Ведь если у меня нет спутника, то и не должно быть улучшенного слуха. Люкасса кивнула мне.

– Идем, представлю тебя госпоже Сараби и госпоже Шойдре.

Сараби… Сараби. Где я слышала это имя?

Меня повели по коридорам, устланными коврами, Люкасса передвигалась бесшумно, я старалась также. Она ввела меня в комнату с большими окнами, открытыми на растапашку, золотистые занавески колыхались.

Маленькие попугайчики в клетке что-то напевали, но заметив нас, перестали.

Женщина и девушка, сидящие на разных софах, тоже повернули к нам головы. Я склонилась в поклоне.

– Подойди ближе, дитя, – услышала я слегка хриплый голос женщины. Так и сделала. – Посмотри на меня.

Я подняла глаза. Передо мной была женщина с черными как ночь волосами и карими глазами, с очень глубокими и ярким оттенком, ее пухлые губы были подкрашены каким-то бальзамом в темно-бежевый оттенок.

Она смотрела на меня спокойно, но с легким интересом.

– Госпожа Шейдра, – сказала Люкасса, которая привела меня, – царица наша.

Ах, это жена царя… Я решила поклониться еще глубже, хоть и не хотела. На самом деле я хотела, чтоб клыки удлинились, и я зарычала. Но вместо этого наперекор всей своей сути стала опускать, однако женщина меня остановила.

– Нет, нет. Давай оставим церемонии.