Дикое царство. О чем поет Север

– Я постаралась как можно доброжелательнее улыбнуться.

– Ну ничего. Посмотрим… Но если будешь двигаться как кошка без усов и хвоста – выгоню. Мне тут безрукие не нужны. И бошкой своей не забывай думать. Загубишь хоть одно растение – выпорю.

Я ахнула. Выпороть? Да меня никогда в детстве не наказывали. Мы свободные дети! Наказания – удел слабых, кто не может по-другому воздействовать! И…

– Она шутит, Эстер, расслабься, – пояснила Люкасса. – Эгира, ты чего ее пугаешь? Работников да работниц много, что ли? В избытке? Так я перестану набирать для тебя.

И госпоже Шойдре скажу, что наша почтенная Эгира справляется со всем сама, ей только мальчики-водоносы нужны.

– Ой-ой! – запричитала та. – Заговариваешь мне зубы, Люкасса-мири…

– Я оставляю Эстер с тобой, к ужину вернусь за ней.

И Люкасса покинула нас. Я посмотрела на Эгиру еще раз. Она равнодушно нажала на рычаг распыляющей лейки и сбрызнула цветок.

– Это, – она обвела глазами стеклянный зал, где мы находились. – Парник. Тут растут травы вне зависимости от сезона за счет специальных условий, которые мы создаем.

Есть еще два парника поменьше, в саду. Тут растут травы для лекарей, в основном. Я сама здесь чаще всего справляюсь, но иногда помощь нужна, да. Твоя задача – растения, в основном цветы, в Доме. За садом следят другие люди, я так… проверяю. Но рук и глаз моих не хватает, чтоб еще за розами в спальне да на балконах госпожи Шойдры следить… То засыхают, то гниют. – Она пожала плечами. – Брали мальчиков, водой поливать. Но им-то что? Воду сказали лить, они и льют. А кто проверит, что цветку действительно нужно пить? Вот и будешь ходить проверять, лучше сама поливай в комнатах госпожи Шойдры и госпожи Сараби. Первое время придется вместе со мной. Ты еще чужая, не сразу допуск в одиночку получишь. Понимаешь, о чем я?

– Да, Эгира-мири.

– Хорошо. Мне надо растолочь теперь бадьян, подай… – она махнула рукой на столик рядом.

Я подошла взяла ступу с пестиком. Тяжелая, из камня! Подала женщине. Она слегка сощурила глаза, но чуть улыбнулась.

– Неплохо. Но ты не верь Люкассе. Я могу выпороть.

По мне опять прошли мурашки, я ничего не сказала. Лишь смотрела на нее снизу-вверх.

– Чего исподлобья смотришь? Эх… молодая ты еще. Разве так девушке смотреть надо?

– Я по-другому не умею, – буркнула я.

– Так, полей вот эту грядку. – Она показала мне на ряд с тимьяном, и я взялась за лейку. – Это тебе кажется. Ты, когда с парнишками гуляешь, по-другому же смотришь. Хотя… кто тебя знает. Что там, в душеньке твоей.