Гувернантка для чудовища

Заставляя растения впитывать свой гнев, обиду и раздражение — ты убиваешь их душу. Запомнила?

Нехотя девчонка кивнула.

— А почему ты до сих пор не выбралась? — чёрные глаза смотрели прямо, чумазая мордочка гордо вскинута чуть вверх — так просто, без боя сдаваться никто не собирался.

Что ж... Посмотрим.

— Потому что я наказана. За то, что подвергла опасности наши жизни.

— Но это я виновата, а не ты! Я сказала папе...

— Папа, папа... А ты? Ты сама? Если мала и ответственность перекладываешь на взрослых — слушайся! Если нет — сама отвечай за свои поступки.

Наступила тишина. Девчонка, насупившись, молчала. Она — ребёнок. Совсем ещё малышка, и такие разговоры, наверное, рано с ней вести, но «малышка» играет по-взрослому, так что выхода у меня нет. Лиззи — старше своих лет. У неё не было детства — почему, я не знаю. У неё нет мамы.

Она должна бы резвиться в саду, искать эльфов в цветочках, а не проверять, сломает ли гувернантка защиту? Кто сильнее — растомаг или некромаг — вот что её волнует в восемь лет! Страшно.

Больно. Жаль её? До слёз. Но это уже произошло, и сейчас надо с этим жить — ради неё самой и всех, кто прячется в этом жутком поместье...

— Вы не виноваты, — тихо сказала девочка.

— Я виновата, Лиззи. Я не смогла нас защитить.

— Папа... Он не стал меня даже слушать!

— Конечно, не стал.

— Вы... вы с ним заодно?

— Милорд Ройсбург в своём праве. Мы обе нарушили его правила.

Он — хозяин поместья, твой отец и мой работодатель. И он сказал, что к той оранжерее нельзя даже приближаться. Он поставил защиту, а значит — позаботился о нас. Мы нарушили правила, но он нас спас. Имеет ли он право после всего этого нас с тобой наказать?

Тишина.

— Лиззи? Ответь мне!

— Да, — прошептала девочка, но вовсе не потому, что ей вдруг стало стыдно и она осознала, что я — права.

Тут было что-то другое. Тишина вдруг стала... какой-то особенной.

Лицо Лиззи побелело, а у меня всё замерло внутри. Бывает тихо за секунду до рассвета, когда природа набираются сил, чтобы грянуть в честь нового дня, но эта тишина была совсем... другой. Она не была во имя жизни, она...

— Что это? — девочка посмотрела на меня, и я увидела в чёрных зрачках страх.

— Не знаю. Лиззи — беги в дом! Там безопаснее.

— Я помню эту тишину. Так было перед тем, как...

— Вот ты где? — прогремел голос некромага.