Искупление для бастарда

Они посмели оскорбить нас всех и лично меня.

— Это довольно рискованно — оскорблять вас. По мне, так вы от простого дуновения можете рассыпаться, — саркастически заметил Реб, окидывая насмешливым взглядом долговязую фигуру градоправителя, — что уж говорить о целом оскорблении.

«Наверное, стоило начать разговор по-другому,» — пришла к королю запоздалая, как и все здравые, мысль. Градоправитель покраснел, сравнявшись цветом со своим вычурным для севера алым мундиром, и от возмущения не смог вымолвить ни слова, за него это сделали его друзья.

— Как мы видим, защиты у вашего величества просить глупо, — едко бросил светловолосый необращенный, сидевший по правую руку от главы Дроздового Приюта.

— 

Защиты?

 — Насмешка в голосе Реба переплелась с рычанием — слабым намеком на недовольство. — Вам требуется защита от гномов?

В отличие от градоправителя, светловолосый не смутился, а разозлился, но прежде, чем он бы нахамил королю (последнее, что он успел бы сделать в своей жизни), в разговор вмешался третий необращенный, судя по внешности, близкий родственник главы города, возможно, сын.

— Ваше величество безусловно надеялся, что мы поддержим его доброе отношение к гномам, — льстиво заметил он. — И мы старались оправдать его надежды, однако гномы... не разделяют наших стремлений.

— Конечно не разделяют, — наивно удивилась Грета прежде, чем Реб успел даже открыть рот.

 — Вы же, лорд Эван, вместе со своим отцом незаконно переправляли через границу руду из заброшенных месторождений, а потом пришли гномы, а они ребята честные, я знаю, они с вами не согласились.

Звон упавшей на пол вилки прозвучал в гробовой тишине громче рева дракона. Первая мысль, которая пришла в голову Ребу: Грета — молодец. Вторая: теперь самое главное — сделать умное лицо. А вот откуда у детки такие сведения, он выяснит позже.

Приняв величественный вид, Реб многозначительно обронил:

— Неужели вы считали, лорд Эван, что корона не узнает о ваших преступлениях?

— Ми-милорд, — заикаясь, простонал градоправитель, падая на колени перед королем.

Его лицо пошло пятнами, а по виску скатилась капля пота. Младший лорд Эван, наоборот, побледнел так, что сравнялся цветом со скатертью. — Ми-милорд, я...

— Достаточно. — Необращенный тут же замолк.