Ангел по контракту

Царь славился изрядным самодурством, и буде он узнает, что гномы начали рубить его деревья, им не миновать войны. А враждовать с лесом при тех скромных силах, какими они пока располагали, было чистейшим самоубийством. Нет, этого надо было избежать любой ценой.

Санди потянулся мыслью, пытаясь пробиться к Царю сквозь изменчивую волнующуюся ауру леса и передать ему приглашение увидеться. Он был готов к тому, что опять придется идти куда-то, повинуясь его прихоти, и совсем не ожидал того, что увидел, когда открыл глаза, а именно — самого Царя, возвышавшегося над ним и стоявшего, пошире раздвинув на мощеной поверхности площади корнеобразные ноги.

— Молодой учтивый волшебник, — прогудел Царь, давая понять Санди, что узнал его.—Наслышан о твоих начинаниях. Смело.

— Рад видеть вас в здравии, — отозвался Санди, поддерживая свою репутацию. — Как чувствует себя в здешних местах ваша супруга-Пальма?

Царь махнул веткой.

— Развелись мы, — сказал он с грубоватой иронией. — Не климат ей здесь. Да и характерами, надо сказать, не сошлись. Она дама утонченная. Осинка вот вся в хлопотах с молодой порослью, да и зятем я доволен, Орешник парень дельный, одна беда — большим спросом пользуется у тварей не нашей породы. Кто орехи любит, кто метлы из него вяжет, а кто на стрелы норовит пустить. Приятно тебя увидеть, волшебник, однако, слыхал я, ты с гномами связался.

— Не любите вы их?

— Не люблю, — согласился Царь. — У нас в Волшебной Стране непременно кто-то кого-то не любит. Твердолобые они. Каменные какие-то. Сколько они нашего брата повывели на уголь для горнов да на строительные леса — и сказать-то страшно. Я понимаю, мастера они знатные, но ведь за наш счет! Я — дерево, молодой волшебник, и я не люблю топоров.

— И кто вас за это осудит? — грустно сказал Санди. — А ведь и я к вам с тем же, Царь. Подданные ваши заполонили мой город. Это мой город, Царь.

— А как насчет права силы? — хитро прищурился тот. — Не огорчайся, — поспешил добавить он, — я пошутил. Так гномов не прогонишь?

— Нет, не прогоню. Мне без них здесь делать нечего.

— Охо-хо! Видно, и вправду настало время мира. Ладно, руби то, что проросло самочинно. Я отдам приказ дриадам возвращаться в старые пределы, и считай это знаком моей доброй воли и личной симпатии.

— Это еще не все, — Санди было очень трудно не опустить глаза.