Ангел по контракту

Он проложил дорожки, посыпанные красным песком, насадил уйму пальм и ливанских кедров, изредка добавляя от себя что-нибудь экзотическое, о чем Сэсс не имела представления. Слой плодородной почвы скрыл лаву и пепел, среди зеленой травы распустились цветы всех пород сразу, на лианах закачались маленькие пушистые обезьянки. В полном и самозабвенном восторге Сэсс требовала павлинов. Люитен возражал: он терпеть не мог павлинов, да и кому, как не ему было знать, что он сочинил их в пьяном бреду и страшно стыдился. После яростного спора оба сошлись на лирохвостах.

Когда общие очертания садов были намечены, Сэсс взялась за мелкие штрихи. Вот здесь, указывала она, необходима альпийская горка с выбивающимися из-под камней первоцветами, здесь — бассейн неправильной формы с втекающим и вытекающим ручейком, облицованный природным камнем, там — горбатый замшелый мостик или таинственный грот с прячущейся в нем статуей нимфы или фавна.

— Это будет называться английским классическим парком, — сказал Люитен.

— Почему?

— Потому что французский классический парк я уже делал, — с великолепной логикой ответил он.

Люитен немедленно выполнял все прихоти своей гостьи. По тихому пруду среди кувшинок поплыли черные лебеди, величавые, как восьмидесятипушечные фрегаты, под магнолиями бродили лани с удивленными глазами. Единодушно решили, что пресмыкающихся в райских садах не будет, и сделали исключение лишь для большой пятнистой лягушки ввиду ее исключительных способностей к пению. На ланч они в Цитадель не пошли, устроили на траве пикничок на двоих.

— Приручен, — констатировал Фалк. — С руки, можно сказать, ест.

— Дела! — вздохнула Джейн. — Ну кто бы мог подумать, что Творец самым пошлым образом будет волочиться за домохозяйкой из Бычьего Брода? Ума не приложу, как мне оторвать ее от всех этих увеселений и вручить мужу?

— Она замужем? — Фалк казался ошарашенным.

— Да, и они, кстати, очень любят друг друга.

— Это совсем некстати. Теперь ничего не выйдет, — прошептал Фалк и, повесив голову, вернулся к роялю.

— Что не выйдет? — Джейн взглянула на него недоуменно.—Что ты затевал?

— Я рассчитывал под шумок получить свободу, — грустно объяснил Фалк. — Если бы она захотела остаться, я Люитену был бы уже не нужен. Она восторгается им куда искреннее, чем я, а ему так нужны похвала и лесть. Он любит, когда ему улыбаются, когда его просят, когда на него обращают внимание. Я кажусь ему занудой, да так оно, вероятно, и есть.