Три дракона Амели

Может быть, вы знаете, что таких случаев в анагорийской истории было всего два – и после каждого из них следующая отмеченная знаком дракона ведьма рождалась не через сто лет, а через пятьдесят. И у предыдущей «торопыги» способности также были сильнее, чем у ее предшественниц. Должно быть, это компенсация, которую Анагория получает за то, чего лишилась из-за неразумного поведения сбежавших невест. Надеюсь, наследный принц будет сильным магом.

– А если это будет девочка? – полюбопытствовала Амели.

Де Тюренн замотал головой.

– Нет, ваше высочество! Я уже говорил вам, что именно в первенце сосредотачиваются самые сильные способности его родителей. Младшие братья и сестры наследного принца бывают слабыми магами – это позволяет избежать борьбы за власть в королевстве. Никто из подданных не будет поддерживать заведомо более слабого претендента на трон. Так что первыми в королевской семье рождаются мальчики. Женщина не может править Анагорией. Впрочем, не буду утомлять вас излишними подробностями, ваше высочество.

Если вы плохо спали этой ночью, то вам следует отдохнуть – мы сегодня же отправимся обратно в замок. Я только сообщу о ваших успехах его величеству!

Она едва не сказала ему, что видела его величество не далее, как пару часов назад. Но маг ее опередил:

– Я разговаривал с его величеством как раз незадолго до вашего прихода, ваше высочество. Его величество интересовался, подействовал ли на ваше высочество второй источник. Тогда еще мне нечем было его порадовать. но сейчас – совсем другое дело…

– Его величество тоже использует магию этого источника? Надеюсь, успешно? Сегодня ночью я мало спала, но всё-таки видела один сон – я видела, как его величество превратился в дракона.

Не для этого ли он приехал в Дальние пещеры?

Герцог не представлял, с каким волнением она ждала ответа. Он не удивился, не разволновался. Он просто покачал головой:

– Нет, ваше высочество, исследования его величества и королевских магов на сей раз касаются не превращений.

Она вернулась в свой дом в сопровождении офицера, выслушала охи и упреки Жюли (неужели, в самом деле волновалась?) и легла спать.

А когда проснулась, была заложена карета, и тем же составом, каким они приехали в Дальние пещеры, они отправились назад во дворец. Герцог де Аркур за всю обратную дорогу не проронил и нескольких слов. Знал ли он уже о проснувшейся магии Амели? Наверняка. Впрочем, если сама Амели и думала об этом, то совсем недолго.

Думала она о другом.