Вишнёвое сердце

В то серое апрельское утро, когда поля уже чисты и черны, но в перелесках снег ещё лежит просевшими, смёрзшимися пластами, они двигались к остову разрушенной башни в получасе пути от деревни Лучица. Все трое были адептами, молодыми и горячо любящими своё дело. Лошадей они оставили в деревне, чтобы животные не создавали лишнего шума.

Маленьким отрядом руководил девятнадцатилетний Витор Страйт, широкоплечий мечник с суровым лицом и затянутыми в тугой хвост каштановыми волосами. В Академии Страйт пользовался совершенно определённой репутацией: не было такого задания, которое бы он провалил.

Потому работу в Лучице доверили именно ему и поручили взять с собой двоих младших адептов, дабы те чему-то у него научились.

Ходили слухи, что в роду шестнадцатилетней Лиенны Амбер имелись сиды, потому она так хороша в зельеварении, а обычному оружию ближнего боя предпочитает лук со стрелами. Но шустрая шатенка с раскосыми синими глазами весь этот вздор отрицала наотрез.

Замыкал троицу её сокурсник возрастом на полгода младше.

Черноволосый юнец с острыми чертами лица. Неприветливый, желчный и нелюбящий большие компании. Он был худее и спокойнее своих приятелей-адептов. Из оружия всегда носил с собою два коротких меча. И до сих пор не был уверен в том, какую специализацию выберет, когда придёт срок. Но, тем не менее, именно его преподаватели промеж собою шёпотом называли следующим Пауком. Звали юного адепта Авериус Гарана.

Задание казалось простым, как морковная ботва. В Лучице пропала двенадцатилетняя девочка, которую нужно было отыскать и возвратить домой.

Возникло лишь одно затруднение. Именно оно и потребовало присутствия адептов Академии. Местные жители утверждали, что видели в полях нежить. А потому прошёл слух, что восставший мертвец и послужил причиной пропажи. Безусловно, родители верили в то, что дочь всё ещё жива.

За окраиной деревни действительно обнаружились следы, которые могли оставить нежить. Они вели дальше, по краю поля в сторону остова разрушенной башни.

След был один, но довольно чёткий и глубокий. Словно бы тварь что-то тащила на себе.

Влажная земля чавкала под сапогами. Над головами разверзлась высокая, чистая лазурь бескрайнего неба. В перелеске голосили птицы. Грачи чёрными кляксами собирали меж земляных комьев проснувшихся жучков. Словом, беды ничто не предвещало.

— Не нравится мне всё это, — проворчала Лиенна, которая старалась не отставать от Витора.

— Поясни, — коротко бросил Страйт, не оборачиваясь.