Капли дождя. Академия Пяти Стихий

Я с трудом смогла дождаться вечера, и когда Ароника зашла за мной, я ждала ее уже полностью собранная. Решила надеть накидку, подбитую мехом: осенние вечера становились все холоднее, не хотелось бы разболеться.

Всю дорогу до горы я была молчаливая и едва не дрожала. Меня мучили невеселые мысли. Вик, если он будет сегодня там, обязательно попробует подойти. Как же мне быть?

— Привет, маленькие! Что такие задумчивые? — обратились к нам двое воздушников, что стояли у подножия горы; сейчас была их очередь поднимать студентов, пришедших на вечеринку.

Я пожала плечами, но тут же завизжала, подхваченная за талию. Наверное, никогда не привыкну взлетать, словно стрела.

— Только не урони. Только не урони, — бормотала я.

— Как же тебя зовут, маленькая водница? Ты первокурсница, да? — паренек-воздушник болтал как ни в чем не бывало, в то время как я судорожно вцеплялась в его запястья.

— Отстань! — не слишком вежливо буркнула я в ответ.

— Отстать, говоришь? — хихикнул он и тут же разжал руки.

— Аааааа! — заорала я, чувствуя, что отправилась в свободный полет, но спустя пару секунд он вновь подхватил меня.

— Ай! Идиот несчастный!

Воздушник хохотал, не обижаясь на ругательства. Наконец он опустил меня на твердую почву.

— Не злись, малявка! Хорошего вечера!

Рядом совсем скоро оказалась Ароника, которую поднял другой воздушник. Оба смеялись, видно, без свободного полета тоже не обошлось.

Перед корпусами горели костры, слышались смех и песни. С неба светили яркие, размером с кулак, звезды.

Свежий ветер остужал разгоряченные щеки. Все не так уж плохо, правда?

Мы шли вперед, высматривая своих, когда я увидела огромный костер и рыжеволосых студентов вокруг него. Они устроили целое представление, на которое стекались полюбоваться все остальные стихийники. Правда, замирали на почтительном расстоянии: с огнем шутки плохи.

Вот бабочки слетели с руки симпатичной девушки, и я только секундой позже поняла, что это Вита — подруга Коры, а бабочки — ее фирменный знак.

Вот искры, что взлетали вверх, вдруг превратились в огненные фейерверки. А вот огромный лев, сотканный из пламени, с ревом встал на задние лапы и обрушился передними на сложенные горкой дрова — во все стороны брызнули всполохи. Зрители взревели в восхищении.

— Молодец, Вик! Викар, ну ты силен!

Вик! Я сжалась и дернула за руку подругу.

— Идем!

— Идем, — с неохотой согласилась та.

— Элиза, стой! — раздался позади такой знакомый голос.

Элиза, значит.